— Пап… — простонала, и тот строго на меня посмотрел, а потом развернулся и зашагал в сторону лестницы на первый этаж, оставляя меня одну.
Постояла несколько секунд, а потом вернулась в комнату, где на краю постели сидел Марк и напряженно наблюдал за вошедшей мной.
— Ну что?
— Тебе пора, — ответила негромко, и он поднялся. — Подожди, я обработаю. Присядь на стол.
Прошла к окну, где на полу лежал пакет с лекарствами, и подошла к устроившемуся на краю стола Марку. Тот раздвинул ноги и встала между ними, откручивая тюбик с мазью.
— Можно мне еще раз прийти? — спросил тихо, пока я аккуратными касаниями втирала мазь. Воняет жутко, он прав.
— Только если рискнешь войти через главный вход, — ответила строго, и Марк обхватил мою талию руками и заставил шагнуть вплотную к нему.
— Я спрашиваю не об этом, — руки по-хозяйски замерли на талии, а потом заскользили ниже. — Можно мне еще раз прийти в твою комнату завтра?
Мой палец замер над его скулой и это выдало мое волнение.
— Зачем? — повторила как попугай, и Марк улыбнулся.
— Потому что твой отец вряд ли разрешит мне целовать его дочь у него на глазах.
Ощутила, как щеки налились румянцем и закусила губу.
— Ты ведь еще не намазала подбородок? — спросил и не дожидаясь ответа потянулся, ловя мои губы. Касание было еда уловимым и таким нежным, что защемило в груди. Марк отстранился, а потом перемести губы ниже, целуя ключицу, оголившуюся в вырезе халата. — Мне и правда пора…
Отстранился и мученически скривился.
— Ты правда принес цветы? — спросила, стараясь взять себя в руки. Его поцелуи сводили с ума и не удавалось оставаться невозмутимой.
— Те же самые что и на твое выступление. Мне понравился цвет.
— И шипы оставил да? — с укоризной покачала головой и Марк по-мальчишески улыбнулся. — Все, я закончила.
Выпрямилась и Марк вздохнул.
— Полагаю о походах на свидание пока моя рожа не зажила не может быть и речи?
— Не рискнешь? — спросила с вызовом.
— Я думал ты не рискнешь, — поймал талию и притянул меня к себе, аккуратно чмокнул в губы, а потом стер с моего подбородка следы мази.
— Иди, Марк.
Едва удалось выпроводить Кремлёва, тот нехотя выбрался из окна, и я закрыла створку, осознав, что он забыл мазь.
Но не окликнула. Только молча улыбнулась и прикрыла глаза, безотчетно касаясь губ кончиками пальцев.
56
Спустился с козырька над черным входом, на который взбирался, чтобы попасть в окно к Даше и носа коснулся запах сигарет.
