И как у неё это получается? Вот так просто заставить меня чувствовать себя виноватой… Смотрю на блин в своей тарелке, и он кажется куда менее аппетитным, чем две минуты назад. Вздыхаю и беру со стола яблоко. Мама следит за мной и одобрительно кивает.
— Да, яблоки, конечно, тоже полны углеводов, но… всё же, лучше блинов! — ослепительно улыбается. — Кстати, а где твой брат? — внезапно спрашивает.
Я как раз впиваюсь зубами в яблоко и чуть ли не закашливаюсь.
— Откуда мне знать? — отвечаю быстро и тут же краснею.
И почему мне вечно чудится, что все вокруг знают о нас с Даней? А если и не знают, то догадываются? Как там говорят? Не воре и шапка горит? Да, видимо, это как раз про меня!
— Он уехал, — отзывается отец, подливая себе кофе.
— В шесть утра собрался на тренировку и уехал.
Горло сдавливает от горечи. Как же. Не тренировку он собрался. Ни за что не поверю!
— Как жаль, — мама вздыхает. — А я хотела ему снова свой фирменный смузи приготовить. Вчерашний Дане очень понравился, — она мечтательно улыбается, а я раздражаюсь.
Какого хрена она ему смузи делает? — Вот кто действительно смыслит в спорте в нашей семье! — продолжает щебетать мать. — Надо будет у Дани пару уроков взять…
— Надеюсь не уроков тенниса! — не выдерживая, рявкаю на неё.
Мать осекается на полуслове и меняется в лице.
Я поднимаюсь с места и хватаю свою сумку.
— Приятного аппетита! — цежу сквозь зубы и шагаю к выходу.
Как же меня достала эта ненормальная семейка!
Целый день в колледже с Даней встретиться не удаётся. Не то, чтобы я хотела этого… Наоборот… Но, несмотря на данные самой себе обещания, в каждом высоком широкоплечем парне я инстинктивно высматриваю его.
Но Дани нет. Ни утром, ни днём, ни вечером…
Сидя в своей комнате, уже в полночь, я слышу, как хлопает входная дверь. Быстрые шаги по лестнице… Кто-то доходит по коридору до моей комнаты и останавливается. Тишина длится долго. Не меньше минуты… А потом шаги снова раздаются, и на этот раз уходят наверх.
Тяжело вздыхаю, решая, что завтра нам с ним нужно непременно поговорить, но… На следующий день всё повторяется.
И ещё через день тоже…
Я понимаю, что мои слова обидели его сильнее, чем я думала. Но… слово не воробей. Его уже не поймать. Я обозвала его извращенцем, сказала, что ненавижу… А теперь ужасно об этом жалею…
Игнор старшего брата выматывает меня все эти дни. Пока однажды в четверг я не решаю во чтобы-то ни стало подкараулить его вечером, и заставить с собой поговорить.
Прячусь в неосвещённой столовой.
