– Мне жаль, что я больше ничего не могу для тебя сделать.
Ты даже не представляешь, как много сделала."
"Я беру Ким за руку, и именно в этот момент с неба начинает падать снег. Мое плечо кто-то сжимает, и я с трудом узнаю голос отца.
– Алессии бы понравилась сегодняшняя погода. Она всегда любила снегопад, – говорит папа и замолкает.
Епископ расценивает это, как знак завершать отпевание. Далее могильщики принимаются засыпать маму. Комья земли с шумом падают на крышку гроба, и от каждого тяжелого удара кинжал вонзается в мою грудь.
Если бы не таблетки, я бы давно слетел с катушек. Вместо этого я неподвижно сижу в своих невидимых стенах и позволяю горю рвать на куски сердце. Я теряю счет времени, пока один из могильщиков не заканчивает работу. Он останавливается и устало опирается на ручку лопаты. К нему приближается мой отец и отдает ему пачку крупных банкнот. Это плата за молчание.
Надо отдать папе должное за то, что он позаботился о том, чтобы похороны мамы прошли под строжайшим секретом. Не представляю, как бы я смог сдержать свою ярость, если бы здесь был хоть один тупица из прессы.
«Это правда, что Алессия Аматорио покончила жизнь самоубийством?»
Тем временем, снегопад усиливается, и родственники уходят, спеша к ряду из черных Mercedes, ожидающих их вдоль дороги. После кладбища все отправятся в отель Grand Evans, где состоятся поминки.
– Кимберли, идем, – раздается голос Льюиса, и я чувствую, как Ким крепко сжимает мою руку, прежде чем ее отпустить.
– Я буду ждать тебя в машине, – тихо говорит она, опускает черную кружевную вуаль на лицо и уходит.
Я оборачиваюсь, наблюдая, как Ким вместе со своим отцом направляется к темно-серому Rolls-Royce. Его водитель уже нетерпеливо ожидает их, открыв пассажирскую дверь. Он хочет поскорее отсюда убраться, и я не могу его в этом винить. Католические похороны всегда длятся долго.
– Кэш, – зовет меня Десмонд.
Я поворачиваюсь, встречаясь с суровым взглядом брата.
– Езжай с Ким. Она гарант твоей безопасности, – выдает он. – Я поеду с отцом и сестрой.
Десмонд уходит, а я поднимаюсь на ноги, и меня пошатывает из стороны в сторону. Я снова смотрю на могилу, где уже установили надгробие. Я не до конца осознаю, что происходит. Черт, я просто хочу проснуться от этого кошмарного сна. Просто хочу вернуться домой, зная, что меня там будет ждать мама.
– Мне очень жаль, но я не могу выполнить твою последнюю просьбу, – говорю я, и мой голос срывается. – Я не смогу быть счастливым без тебя, мама.
