– Полагаю, о таких вещах не пишут в письмах. Даже друзьям.
– О каких?
Джулиан устремил взгляд на горизонт.
– Однажды, когда мне было четырнадцать лет, отец сказал, что я бесполезен.
Касс судорожно втянула носом воздух.
– Нет, этого не может быть!
– Впрочем, это не важно.
Касс коснулась руки Джулиана, но он не посмотрел на нее.
– Важно. Очень. Для меня, – произнесла она. – Прошу тебя, скажи, что он не говорил этого.
Джулиан подкинул камень в руке.
– Он употребил именно это слово. Бесполезный. К тому времени, как мне исполнилось четырнадцать лет, Дональд был совсем большим.
Смерть от какой-нибудь детской болезни ему уже не грозила. Так что в один прекрасный день титул достался бы ему. Поэтому я был больше не нужен.
Касс прижала руку к отчаянно колотящемуся сердцу.
– Что за монстр мог сказать такое ребенку?
Джулиан посмотрел на нее.
– А что за монстр сказал девочке, что она нужна лишь для того, чтобы добыть для семьи титул?
– Мама сказала мне такое однажды, – пробормотала Касс. – Да, она сказала следующее: «Не имеет значения, какие чувства испытывает к тебе мужчина, важно лишь то, женится он на тебе или нет».
И тогда я вознамерилась стать идеальной женой, чтобы завоевать расположение и любовь родителей. – Касс вздохнула. – Но родители меня не любят. Я для них всего лишь козырная карта.
Голос Джулиана звучал мягко:
– Знаю. Ты рассказывала мне об этом в одном из своих писем. Мне очень жаль, Кэсси.
– Рассказывала? – Касс принялась всматриваться в землю в поисках камня, отчаянно силясь найти способ перевести разговор на другую тему.
– Да.
– Забавно. Я помню наизусть все, что ты писал мне, – тихо произнесла она. – Но совершенно не помню, что я писала тебе.
Джулиан резко вкинул голову, и его лицо приобрело какое-то странное выражение.
– Ты помнишь наизусть мои письма?
Вспыхнув до корней волос, Касс присела на корточки в поисках камня и даже раздвинула листья руками.
– Я знаю, что у тебя на подбородке есть шрам, потому что твоя первая лошадь сбросила тебя на землю, когда тебе было шесть лет.
Джулиан потер подбородок.
– Было больно. Я поцарапался о валун.
Касс подняла с земли камень и осторожно двинулась к воде.
– Я знаю, что однажды в Итоне тебя побили мальчишки, потому что ты единственный защитил нового ученика, который только приехал и всего боялся.
Джулиан вопросительно посмотрел на Касс.
– В письме не говорилось о том, что это был я.
Касс улыбнулась.
– А это было и не нужно. Я поняла все без слов.
