– Мисс Банбери, не будете ли вы так любезны развлечь капитана Свифта в мое отсутствие? – произнесла она.
Касс хотела было возразить, но, увидев выражение лица Джулиана, замолчала. Он выглядел так… словно хотел, чтобы она осталась.
– Конечно, – пролепетала Кассандра.
Люси выпорхнула из гостиной. Спустя несколько минут Касс взяла себя в руки. Пришло время рассказать правду. Наконец. Она не могла позволить, чтобы этот фарс продлился еще хоть мгновение. Джулиан, конечно, возненавидит ее, но другого выхода просто не было.
Особенно после появления Пен.
– Капитан Свифт, я…
– Я рад, что леди Уортинг оставила нас наедине, – произнес Джулиан, пересекая комнату и опускаясь в кресло напротив…
Касс заморгала.
– В самом деле?
– Да. – Он улыбнулся. – Я не знаю, чего добивается Пенелопа, но ее ложь лишь укрепила меня в решении порвать с нею всяческие отношения. Она совсем не та девушка, которую я знал много лет назад.
У Касс перехватило дыхание, и она отвернулась.
– Наверное, у нее есть разумное объяснение.
– Да как можно объяснить желание выдать себя за другую женщину? Это бессмысленно.
И нелепо.
Ну вот. То немногое, что осталось от ее смелости, казалось, покинуло Касс в этот момент навсегда. Она не могла открыться Джулиану. Только не сейчас. Какая же она трусиха!
– У вас… – ее голос задрожал. – У вас так и не получилось с ней объясниться?
С губ Джулиана сорвался презрительный смех.
– Каким образом, если она представилась другим человеком? – Он прищурился и посмотрел на Касс. – Вы ведь не думаете, что она догадалась о моих намерениях? Что солгала, чтобы не дать мне возможности высказаться?
Касс обдало жаром, а потом бросило в холод.
«О господи, он пытается спросить, сохранила ли я его тайну».
– От меня она ничего не узнала, капитан. – Касс опустила голову. Ну, хоть одно правдивое заявление в череде лживых.
Джулиан поднялся с кресла и принялся расхаживать по ковру.
– Нет, нет. Конечно, нет. Но даже если она что-то заподозрила, нелепо прикидываться другим человеком, чтобы избежать дурных новостей.
В ответ Касс смогла лишь кивнуть. Возникший в горле ком, состоящий из вины и сожалений, душил ее так, что она не могла вымолвить ни слова.
– Как только Пенелопа вернется, я уличу ее. Она захватила меня врасплох, поэтому я не нашелся, что сказать. Кроме того, я подумал, что, может быть, леди Уортинг знает, зачем Пенелопа так поступила.
Касс снова кивнула.
– Так, наверное, будет лучше.
– Я скажу ей, что помолвки не будет. А потом…
Касс подняла глаза.
