Ее сын уже подросток по нашим меркам и только обрадуется, если мама даст ему вздохнуть свободней. Возьми отпуск, скатайся домой, повидай родителей. Вспомни столичную жизнь, заведи пару ни к чему не обязывающих интрижек. Развейся! И перестань выдумывать всякое.
Киран толкнул дверь – в коридоре испуганно пискнули.
– Прошу прощения, монна Амари, – сказал Киран. – Мне не следовало так резко распахивать двери.
– Ничего страшного. – Девушка натянуто улыбнулась. – Это мне не следовало быть такой медленной. На улице страшная жара, я чувствую себя словно вареной.
– Да, хорошее в этом году лето, – улыбнулся Киран прежде, чем откланяться.
Грейс тяжело опустилась на диван.
– У малыша госпожи Досси все хорошо, пролежни господина Тутти я затянула. Сейчас отдохну немного и все запишу.
– Не торопитесь, монна Амари. Налить вам чая?
– Нет, спасибо, мне и без того жарко…
Она поерзала неловко, глянула на Ланса, в окно. Что ж, надо было быть совсем бестолковым, чтобы не понять намек.
– Сейчас я вернусь в свой кабинет.
– Ланс начал собирать посуду. – Не буду вам мешать. Только, с вашего позволения, прихвачу ненадолго чернильницу, у меня кончились чернила.
– Вы мне вовсе не мешаете, – не слишком убедительно возразила девушка. Снова поерзала, шевельнула ногами, словно ей было неудобно.
– Новые туфли? – поинтересовался Ланс. Тут же мысленно обругал себя за глупость – что стоило посмотреть прежде, чем спрашивать? Грейс тоже наверняка сделала выводы после всего, что случилось в день их знакомства.
Туфельки на ней были явно разношенные, с чуть сбитыми носками. Да и вообще, что он лезет не в свое дело?
Он подобрал со стола отписку из канцелярии, взялся за чернильницу.
– Не новые. – Девушка поджала ноги, неловко сдвинувшись вперед. – Видимо, от жары отекли.
Ланс медленно опустил бумагу на стол.
– Разувайтесь.
Наверное, он снова совершает редкостную глупость.
– Прошу прощения? – оторопела Грейс.
– Снимайте туфли и чулки. Я могу отвернуться, если вас смущаю.
– Но…
– Разувайтесь! – рявкнул он.
Наверняка потом придется извиняться, как в первый день, но он должен убедиться.
Прикусив губу, девушка сбросила туфли. Посмотрела на Ланса то ли как на опасного сумасшедшего, то ли как на маньяка, зыркнула на дверь.
– Я отвернусь, – повторил он и действительно отвернулся, едва не коснувшись лбом двери. Добавил: – Удостоверюсь, что это просто усталость, и оставлю вас в покое. Снимайте чулки.
Зашуршала ткань, а потом раздался судорожный вздох.
