— Лариска наверняка рассказала о нем в милиции. И они сами предпримут все необходимые меры. Найдут, допросят его, установят алиби и местонахождение ключей. И все такое прочее.
Найдут, — согласно кивнула Кира. — Только уже завтра. Сегодня у них футбол. И я так поняла, что никто из ментов и не подумает оторваться от экрана телевизора ради допроса свидетеля. Отложат на утро. А Лариске придется провести ночь за решеткой. Ты себе представляешь, как там неуютно?
— Бр-р! — передернуло Лесю, которой довелось один раз побывать за решеткой.
И хотя дело было в жаркой и почти цивилизованной Турции, которую даже собирались принять в ЕС в самое ближайшее время, но впечатления от турецкой тюрьмы у Леси остались мрачные. Чего уж говорить о наших сырых и плохо отапливаемых кутузках, да еще в такой мороз.
Поэтому Леся устыдилась своего эгоизма и резво припустила по свежему снежку в сторону проезжей части, надеясь поймать там машину.
— Нам на Выборгскую, — распорядилась Кира.
Учитывая, что сами подруги жили возле станции метро «Звездная», Выборгская сторона — это был вообще другой конец света, или во всяком случае другой край города.
— Еще хорошо, что пробок на дорогах нет, — сказала Леся, обращаясь к подруге.
— Как же нету! — оживился водитель, услышав ее слова. — Это тут, на окраине, нету. А ближе к центру все забито. Люди словно с ума посходили. До Нового года еще почти две недели, а они уже кинулись сметать с прилавков разное барахло. Распродажи, мать их за ногу! Знаю я эти распродажи! Завысят цену до небес, а потом по нулику зачеркивают.
Мол, вот мы какие добренькие. Берите, люди добрые. Наживайтесь! А на деле обман! Один сплошной обман и надувательство!
Он продолжал возмущаться предновогодней суетой, распродажами, повысившимися ценами на бензин и пошатнувшимися моральными устоями, а подруги тем временем принялись обсуждать, что они скажут Сенечке, когда приедут к нему в гости.
— Если это он убил Ваго, то уж наверняка позаботился о своем алиби, — задумчиво сказала Кира.
— Но зачем ему понадобилось вообще убивать этого Ваго? — недоверчиво посмотрела на нее Леся.
— Из ревности?"
"— Ага! Точно! Из ревности и мести, — кровожадно согласилась Кира. — Может, Ваго раньше с этим Сенечкой роман крутил. А потом через него с Лариской познакомился и к ней чувствами воспылал.
— Ты же говорила, что они с Ваго друг другу не подходили! — воскликнула Леся. — И если он был «голубым», то не стал бы он менять ориентацию ради такой неподходящей ему женщины.
