Конечно, в ее рассказе было полно несоответствий. Как это девушка, оформлявшая кредит, не сверила фотографию в паспорте с, так сказать, стоящим перед ней оригиналом? Должна была обязательно сверить и заметить, что паспорт чужой. Но у бабы Дуси, оказывается, имелось свое мнение на этот счет.
— Небось девке, которая ему бумаги на эту машину оформляла, глаза-то запудрил! — бормотала она. — Девка только на него и смотрела, а в паспорт и не глянула. Ну и дела! И когда же это он паспорт умудрился у Петьки экспроприировать? Несколько месяцев назад, говорите, это случилось? Не видела я его тут.
Должно быть, на улице встретились.
— Так есть у вас адрес этого проходимца? — в третий раз спросила Кира у бабки. — А то ведь от вашего соседа сейчас толку мало. А пока он протрезвеет, да в разум войдет, да себя в приличный вид приведет, против него и дело завести могут.
— Да за что же? — серьезно встревожилась бабка впервые за время разговора. — Он и не виноват вовсе.
Похоже, ее запойный сосед Петька и в самом деле был неплохим человеком.
Во всяком случае бабка была явно к нему привязана. И сейчас быстрей лани метнулась к тому же ящику, откуда недавно ею же был извлечен на свет божий Петькин паспорт.
— Тут у Петьки в записях должен быть адрес этого Витальки, — бормотала бабка. — Впрочем, он не местный. Откуда приехал, я не знаю. А сейчас он у жены живет.
— У жены?! — хором воскликнули подруги.
Лариска, давая им указание найти ее дорогого Виталика, как-то ни единым словом не обмолвилась о существовании у ее возлюбленного еще и законной жены.
Это, с одной стороны, усложняло, а с другой, может быть, и упрощало дело. Вряд ли этот Виталька захочет скандала с женой. И стоит ему пригрозить разоблачением, как он тут же выложит подругам, когда, зачем и кому давал ключ от Ларискиной квартиры.
Наконец баба Дуся нашла нужную отметку. И продиктовала подругам еще один адрес, где можно искать Виталия.
— А жену его зовут Глафира, так у Петьки записано, — на прощанье добавила она подругам. — Только не вздумайте ее Глашкой назвать, она этого страсть не любит.
Зовите Фирой. Ее все так зовут. Так ей нравится.
К Фире-Глафире подруги добирались гораздо дольше, чем до Петьки Горемыки. Начался вечерний час пик, и машины, выстроившись на дорогах длинными шеренгами — бампер в бампер, словно замерли на месте."
"— Я бы за это время уже успела смотаться в ближайшую парикмахерскую, сделать стрижку с укладкой и вернуться, — ворчала Леся.
Кира с опаской взглянула на подругу.
