И даже если бы им дали слово, они могли бы и еще кое-что прибавить к сказанному.
Однако все подозрения Никиты упорно сводились к той мысли, что если даже арестованная по подозрению в убийстве Ваго незнакомая девушка и не виновата, то все равно виноват кто-то из любовниц Ваго, потому что уж больно женским выглядело преступление.
— Конкуренты на такое не способны, — заявил наконец Никита. — Это дело рук коварной бабы. И лично я подозреваю Лилию.
Марьянна, которая только что болтала с ней как с лучшей подругой, сейчас даже и не подумала вставить словечко в защиту девушки.
Акоп уже приготовился обрушить громы и молнии на голову Лилии, как вдруг Никита с огромным сожалением в голосе добавил:
— И хотя эта девица является самой реальной подозреваемой, но она никак не могла участвовать в убийстве Ваго.
— Почему? — сразу же набычился Акоп.
— Во-первых, потому что ее не было в городе, — ответил Никита. — И даже в стране не было. Она улетала на Крит отдыхать.
— Это еще не доказательство! — возразил Акоп. — Она могла нанять киллера.
— Но у нее и мотива не было, — сказал Никита. — Квартира, которую купил ей Ваго и в которой она живет, по бумагам принадлежит Марье Ивановне. А у них с Лилией отношения весьма напряженные, если не сказать больше!
— Мерзавка она! — подала голос Марьянна. — Заманила моего сыночка…
— Молчать! — рявкнул Акоп. — Заманила! А ты сама куда смотрела? Ваго связался с какой-то шалавой! Говорил же тебе, надо было его вовремя женить.
Но тут же он сам оборвал свою гневную речь, сообразив, что поздно воду в ступе толочь.
— Кроме того, отношения Лилии и Ваго были закончены по ее инициативе, — сказал Никита. — А в таких случаях обычно бывшим любовникам не мстят и не убивают. Конечно, Ваго говорил всем, что сам порвал с Лилией. Но мы навели справки, он лгал.
— Мой сын?! — снова задохнулся от возмущения Акоп."
"— Простите, он просто поддерживал свое реноме, — поспешно извинился Никита. — Вполне понятная позиция. Я бы тоже, оставь меня моя супруга, говорил бы всем, что выгнал ее вон.
— Ну, тебе об этом только приходится мечтать, — хмыкнул Акоп. — Родители твоей жены уж побеспокоятся, чтобы этого не случилось. И куда ты смотрел, женился на адвокатше, да еще родители у нее оба прокуроры.
— Так вы же сами… — начал Никита, но его перебил звонок в дверь.
— Марьянна! — строго произнес Акоп. — Надень парик поприличней, вытри морду и ступай спроси, кто там явился.
Судя по звукам, женщина послушно выполнила все указания своего гневливого супруга.
