Голос парня вдруг зазвенел:
– Пусть так, а ты уверена, что я хочу этого избежать?
– Тосиро, – очень мягко сказал Гордон. – Я обещаю, что приговор будет щадящим, если ты расскажешь мне, кто ты. В противном случае тебе не позавидуешь. Мы трудимся днем и ночью, неустанно, ты это должен знать.
– Хорошо! Я говорю вам perseverando, спасибо за сегодняшний день. – Раздался щелчок, и связь прервалась.
Маркус Якобсен посмотрел на присутствующих поверх своих очков для чтения, вид у него был несколько ошарашенный.
– Его состояние хуже, чем я думал, – сказал Маркус.
– Пришлите мне запись, я все-таки отправлю ее в службу безопасности полиции. Нужно воевать на всех фронтах, иначе через пару дней нам придется разбираться с массовыми убийствами.
Роза взглянула на Гордона.
– Дай-ка послушать еще раз его последнее предложение.
Тот отмотал запись на двадцать секунд назад.
Когда прозвучало нужное слово, Роза взмахнула рукой.
– Он сказал «preseverando»? Поставь еще раз.
Все трое стали внимательно слушать.
– Нет, «perseverando», – сказал Маркус.
– Что это?
Роза стала гуглить в интернете.
– В переводе это значит «быть упорным», тут так написано.
И вдруг она замерла.
– А парнишка-то проговорился – вот что мне кажется. – Роза усмехнулась. – Потому что «perseverando» – это девиз школы-интерната около озера Багсвэр. Смотрите сами.
Все прильнули к монитору.
39
Галиб
Когда Галиб присоединился к группе джихадистов датского палестинца Ясера Шехаде, он сделал это, чтобы живым выбраться из Сирии.
Он многие годы состоял в американском списке приговоренных к смерти и мог с гордостью сказать, что оснований для этого было предостаточно, потому что его жестокость и беспощадное отношение ко всем, кто вставал у него на пути, были зафиксированы почти во всех регионах Сирии, где бушевала война."
"Впервые Галиб встретился с Шехаде несколькими годами раньше в пропыленном тренировочном лагере в нескольких сотнях километров от Исламабада, столицы Пакистана. Среди сотен джихадистов всех национальностей, с которыми столкнулся Галиб, у Шехаде, как показалось Галибу, имелся наибольший потенциал.
Он был не только умен, но и излучал брутальность, притом что лицо у него было кукольное, с большими, внушающими доверие глазами и улыбкой, которая в более цивилизованных широтах могла бы подарить ему карьеру в киномире и бесконечные победы над женщинами. Короче говоря, Шехаде был изощренной машиной для убийства, под приятной внешностью тая жестокость и беспощадность.
