"
"Обгоняя охранника, с крыльца сбегает Демид и на ходу стреляет в переднее боковое стекло. Оно покрывается сеткой трещин.
— Нет! — кричу я, боясь, что попадёт в брата.
В моих глазах темнеет. Но он, игнорируя меня, стреляет еще два раза. Стекло, деформируясь, проваливается внутрь и машина встаёт. Водитель падает на руль.
Сигнал начинает оглушающе орать.
Охранник держа на прицеле машину идет к ней.
— Иди сюда… — утыкается мне холодное дуло где-то между ухом и челюстью. — Ччч…
Я знаю этот голос!
Пискнув, беспомощно подчиняясь рукам, которые тянут меня с крыльца обратно внутрь.
— Господи… мамочка… — бормочу я. — Всё забирай… только не трогай нас!
— Ты всегда так говоришь, маленькая сучка!
Демид разворачивается и поднимает пистолет.
— Отпусти.
Вижу, как быстро вздымается его грудная клетка.
— Она моя, Черкасов. И всё, что ей принадлежит — моё. Ты думаешь, я позволю взять тебе это?
От ощущения касания сталью, моя голова кружится.
— Тебе невыгодно её убивать, — холодный голос Демида.
— Я не всегда руководствуюсь выгодой.
Иногда — удовольствием.
— Я тебя посажу.
Хриплый смех прямо мне в ухо.
— Или я тебя. Тут уж как повезёт! Ты убил человека, Черкасов. А я нет! — издевается он.
— Злата!.. — слышу заторможенный голос брата.
Живой!
Неконтролируемое отвращение на мгновение пересиливает страх. И я, всхлипывая, хвастаюсь рукой за ствол, отлепляя его от себя, как мерзко огромного паука. Вцепляюсь зубами в запястье Дагиеву. Прошлый раз это закончилось очень плохо! Тут же получаю по лицу.
И оседаю по стене вниз.
Два оглушающих выстрела звучат одновременно.
Дагиев, метнувшись назад, исчезает за поворотом. Сквозь размывающие всё слёзы смотрю, как оседает Черкасов…
Глава 12. Решение
Я даже не сразу понимаю, что ранен. Выстрел похож на сильный удар. Он вышибает дух! Мне кажется, что меня кто-то резко и неожиданно толкнул в грудь. А я каким-то чудом удержался на ногах. Прижимаю ладонь к месту удара. И почти сразу меня захлестывает волна боли и слабости. Удержаться на ногах не получается.
Удивлённо рассматривая кровь на ладони, медленно оседаю вниз. Падаю на спину. Небо с темными тяжёлыми тучами кружится надо мной. Мать твою… больно-то как…
Хрипло втягиваю воздух. Но что-то не так… дышать тяжело… словно в воздушном шарике дырка. Ты надуваешь, надуваешь… а все без толку. Так и я вдыхаю… вдыхаю… и задыхаюсь!
— Демид Альбертович!
— Скорую, — двигаю губами.
— Демид! — подлетает ко мне Злата, падая на колени рядом.
Разбитые до крови губы дрожат.
