— Злата, я в туалет, — поднимается Тиша.
Выплывая из своих мыслей, смотрю ему в след. Один из охранников идет за ним следом, скрываясь за барной стойкой. Через минуту встают два посетителя, которые сидели здесь, когда мы пришли. И тоже идут в сторону туалета.
Может это и паранойя, но меня это тревожит.
— Туда люди пошли… Вы не могли бы убедиться, что всё хорошо?
Охранник поднимает телефон.
— Дэн, у вас всё нормально? Не беспокойтесь, — оборачивается ко мне. — Все в порядке.
Успокаиваясь, допиваю свой бокал до дна.
Демид так и не спустился. Но на столе моя любимая дыня и манго в качестве десерта. И снова это ощущение — и игнор, и забота. Как его понимать?
Словно опять чувствуя, что я думаю именно о нем — звонит.
— Да?
— У тебя всё хорошо?
Не нравятся мне его интонации.
— Да. А что-то случилось?
— Нет. Все хорошо.
Опять у меня раздваивается этот демон! Слова говорят — «хорошо», а я чувствую — «плохо»!
— Возьми Тихона и поднимитесь с охраной наверх ко мне, — сдержанно.
— Хорошо. Как вернётся… — смотрю я опять на поворот, куда они ушли, сквозь пелену стеклянных бус.
— Вернётся?!
— Он в туалет вышел.
— Мля…
— Демид? — не выдерживаю я.
Но он молчит. Скинув вызов, выхожу из-за стола и решительно иду за братом.
Внутри меня словно установили колонки с басами. Удары сердца похожи грохот перегруженных динамиков с той тусовки, куда мы ходили с Родионом. Перед глазами плывёт.
— Да, Демид Альбертович? — отвечает по телефону идущий следом охранник.
Там дальше, в квадратном холле, как я помню, четыре двери — мужской туалет, женский туалет, «только для персонала» и пожарный выход. Еще на повороте туда, я вижу подошву мужского ботинка.
— Тиша!! — вскрикивая, залетаю за угол.
Подхватывая за талию, охранник бесцеремонно отталкивает меня в сторону, и выставив перед собой пистолет, толкает дверь мужского туалета.
Там еще один лежит! Один из тех, которые сидели на столиком. На виске кровь и рядом с его головой пистолет деда!
— Демид Альбертович, Дэн в отключке, здесь еще чужой с пробитой башкой… а мальчишки нет!
Обернувшись, выбегаю на улицу через пожарный вход.
— Тихон!
От ворот с мусорным баком срывается та самая тёмная машина которая преследовала нас, шлифуя колёсами по асфальту.
Отшвыривая меня опять в сторону, охранник прицеливается и стреляет несколько раз в заднее колесо. Машину тащит… Я в ужасе, с замиранием сердца, молюсь, чтобы она никуда не уехала. Удар в бак.
