А еще, примерно каждые пол минуты, из железных рупоров звучал женский голос:
— Через пять минут с третьего перрона отправляется поезд до Шамтура, просьба не опаздывать!
А затем повторял это объявление еще на нескольких языках, коих Арди никогда не слышал.
Вокруг все кипело и бурлило. Люди громко переговаривались, кричали дети и им что-то объясняли матери. Слуги тащили багаж, около множества касс толпились покупатели билетов; рабочие вокзала сновали туда-сюда, а по бокам, в укромных местах, виднелись вывески… кафе.
Что такое кафе и рестораны юноша, опять же, знал лишь из историй Марта.
От такого изобилия деталей кружилась голова, а живот крутило канатным узлом.
— Терпи, — все повторял Длинная Шея. — Терпи, Ард. Привыкнешь… Все привыкают.
Словно в тумане, Арди и сам не заметил, как они подошли к стойке с работниками в красных мундирах — стражи. Те задавали странные вопросы проходящим через них людям.
— Страна? Город проживания? С какой целью приехали? Надолго ли? Везете ли с собой что-то требующее декларирования?
И запрашивали документы, куда ставили какие-то печати.
В основном, насколько Арди мог разобрать сквозь гул и гвалт, все оказывались из Империи, но из разных городов.
— Пора было бы уже сократить количество пограничников на вокзалах, — недовольно причитала Катерина. — Терпеть не могу очереди… и все равно ведь большинство иностранцев проходят контроль в морских портах. Зачем еще и здесь-то.
Когда подошла очередь Йонатана, то тот угрюмо протянул красномундирному пакет документов — тот же самый, что когда-то показывал маршалу Кальдрону.
В этом пакете лежали и бумаги Ардана.
Страж с лычками Министерства Внутренних Дел смерил группу оценивающим взглядом, после чего молча, не задавая никаких вопросов, поставил штампы и отдал документы.
— Приятного дня, — сквозь зубы процедил он.
— Ага, — нарочито небрежно ответил Йонатан.
На немой вопрос Ардана ответила Катерина, хромавшая с правой стороны.
— Министерство Внутренних Дел и Вторая Канцелярия терпеть друг друга не могут, — шепнула она ему на ухо.
— Почему? — удивился Арди.
По его мнению, оба этих «заведения» выполняли одну и ту же работу.
— Хороший вопрос, Ард, — развела руками стрелок, но тут же скривилась от боли и взялась за костыль. — Как узнаешь — обязательно мне сообщи.
Выйдя из ярко освещенного вокзала, Арди оказался в объятиях тусклого, широченного проспекта.
