Каким-то образом все это укладывалось в ней настолько гармонично, что нельзя было отвести глаз…
Арди прикрыл веки, досчитал до десяти и укрепил волю. Когда же он открыл их снова, то увидел перед собой женщину приятной наружности с едва заметно мерцающим кулоном.
Магия Эан’Хане либо её Звездный аналог. Не приворот, но некие чары, заставлявшие видеть немного не то, что было на самом деле.
Рядом с женщиной стоял мужчина примерно того же возраста. Плечистый, с массивной шеей, которую не прятали ни платок, ни поднятый воротник коричневого, кожаного пальто.
Подпоясанный обычным широким ремнем с блестящей бляхой, в плотных штанах в полоску и в туфлях с обрубленным носом.
От внимания Арди не укрылось то, как он неловко прятал левую руку под правой, пытаясь, скорее всего неосознанно, спрятать протез, заменявший ему мизинец и безымянный пальцы.
От незнакомца веяло тем же ощущением, что и от Йонатана.
Опасностью.
— Госпожа Атура, господин Дэвенпорт, — поздоровался Корносский, у которого на этот раз в тоне не было ни тени иронии или насмешки.
— Офицер, — коротко кивнула женщина, чье имя, отчего-то, казалось Ардану знакомым, но за последний месяц он слышал столько имен, что в голове возникла неслабая путаница.
— Вот, — Йонатан подтолкнул в спину юношу. — доставили в целости и сохранности.
Госпожа Атура окинула его оценивающим взглядом, задержавшись ненадолго на боку, куда прилетел осколок вовремя охоты на Шагальщика; на груди, исполосованной орком и на ноге, которую оцарапала бандитская пуля.
И почему-то, несмотря на то что все раны были спрятаны под одеждой, Арди не сомневался, что госпожа видела их так же отчетливо, как если бы он стоял и вовсе обнаженный.
— Если это вы называете в целости и сохранности, офицер, то боюсь представить, как вы обращаетесь с менее ценными грузами.
В ответ на это Йонатан только хищно оскалился.
Атура, в свою очередь, повернулась к спутнику и сделала короткий, едва видный жест ладонью. Мужчина по имени Дэвенпорт нарочито медленно убрал руку во внутренний карман куртки, после чего достал оттуда сложенный несколько раз лист и протянул Йонатану.
Корносский выхватил бумагу, козырнул шляпой и развернулся в обратную сторону. На мгновение их взгляды с Арди пересеклись и офицер одними губами, беззвучно, прошептал:
— Береги свои яйца, Ард, — после чего ушел за спину.
На памяти Ардана, это был первый раз, когда Плащ обратился к нему по имени.
