Он огляделся и, не найдя, где оставить поднос, поставил его на пол. — Взял немного с кухни. Но ты не переживай! Если мама с папой будут сердиться, то я честно скажу, что сам все придумал!
Арди сдержал улыбку — как он успел заметить, его и дедушкины клыки могли напугать людей.
Он сделал шаг в сторону угощения и Эрти дернулся и едва не вылетел с лестницы. Арди, за несколько движений, перебежав через чердак, успел подхватить брата до того, как случилась бы беда.
Тот, кажется, даже понять ничего не успел.
— Ого, — только и сказал ребенок, когда его поставили обратно на ноги.
— а как ты так быстро… ну… быстро очень, в общем.
Эрти явно с трудом подбирал слова и, то и дело, прятал глаза.
— Ты извини, что я тебя ударил, — вдруг встрепенулся он, будто вспомнил что-то очень важное. — Тебе ведь не очень больно, правда?
— Не боль, — покачал головой Арди и уселся на пол рядом с подносом. — Шкура матабар крепкий. Мой мягче. Но крепче человек. Быстро заживать. Мало боль.
На лице брата отобразилось явное облегчение и он, еще немного постояв, уселся рядом.
Арди же, недолго думая, аккуратно взял чашку со сладким, вязким напитком. Вернее — он думал, что взял аккуратно. Но та едва не вывалилась из его неловкой хватки. Пришлось буквально вцепиться в край зубами, едва не расколов глиняный материал. Арди застыл, ожидая испуга со стороны брата, но тот только засмеялся, после чего тут же стушевался.
Арди же, вздохнув, отпил немного содержимого и, раскрыв глаза от удивления, буквально за мгновение осушил кружку, а затем еще и облизал донышко.
— Я знал, что тебе понравится! Это какао! Я его обожаю! — радостно воскликнул Эрти, а затем добавил расстроено. — Только оно вкуснее, когда горячее, но я не умею включать плиту.
— Какао, — повторил Арди и вытянул ладонь.
Брат сжался в комочек, но не шелохнулся. Его брат не был трусом и, возможно даже, оказался храбрее чем сам Арди. Во всяком случае, охотник, взъерошив волосы Эрти так же, как когда-то их взъерошивали ему самому, не ощутил от последнего запаха испуга.
Только напряженности.
— Спасибо, — произнес Арди и, не без труда, даже учитывая наличие клыков, откусил кусок хлеба.
Эрти смотрел на него и улыбался. Чисто и искренне. А затем, вдруг, стушевался.
— Ты ведь больше не уйдешь, да?
Арди застыл.
— Я слышал, что сказал папа, но это все глупости! Что это значит — им не нравится, что ты будешь жить с нами?! — Эрти сжал маленькие, розовые кулачки. Неужели и Арди был когда-то таким же крохотным.
