Арди, подражая рыбе, несколько раз молча открыл и закрыл рот. В его голове вопросов роилось даже еще больше, чем прежде. Так много, что мальчик переживал, как бы они не полезли у него из ушей.
— Но теперь, когда с этим покончено, давай посмотрим, справишься ли ты с заданием, — дедушка отодвинул полу пальто и показал маленького барса. С усиками, четырьмя лапами и невероятно длинным, пушистым хвостом. — Назови мне его имя…
Он протянул фигурку Арди и тот ощутил в руках рыхлую поверхность игрушки. Та все еще помнила теплоту пальцев дедушки и теперь щедро делилась ей с Арди.
Он поднес изделие к носу и втянул запах. Пахло березой, землей и, немного — сталью. Арди заглянул в глаза барсу. Большие и темные. Как дно пустого колодца, стоящего поодаль от их дома.
— Помни, Арди, — прошептал над ухом дедушка. — Покажи мне его, а не скажи.
Но чтобы показать это имя, нужно было сперва его услышать самому.
И Арди прислушался.
Он прислушался к тому, как легко ступали лапы барса по снежным камням далеких пиков Алькада.
Почти неслышимые, едва лишь различимые среди тишины высоких скал. Он почувствовал, как аккуратно движется этот величественный и мудрый зверь, забираясь все дальше и дальше, чтобы всего одним прыжком, орлом спустившись на спину добыче, забрать её с собой.
Мальчик почувствовал на ладони несколько уколов от острых, крепких когтей. Провел пальцем по густому меху. Заглянул в глаза, в которых не покажется ни жалости, ни симпатии.
После той встречи с волками, мальчик навсегда запомнил, что для тех, у кого есть клыки и когти, в мире могут быть только добыча и охотники.
А дедушка объяснил ему, в тайне от отца, что в этом нет ничего плохого.
Арди стоял рядом с самым свирепым хищником Алькада. И самым незаметным. Охотником, бегущим по тропам орлов, а затем исчезающим в снежных вихрях.
И Арди услышал это имя. Теперь требовалось его показать.
Он протянул ладонь к далекими пикам Алькада и взял с них горсть снега, посыпав ею фигурку. Достав нож и вооружившись тростью дедушки, он сточил с неё толику стального порошка, окунув в него когти барса.
Подняв фигурку, Арди поставил её на тропу птиц, а затем опустил на землю, где подхватил кусочек показывающегося у горизонта ночного неба, накрыв им глаза зверя. А когда все было готово, прошептал на ухо барса.
— Здравствуй, Эргар, — и, как учил дедушка, продолжил. — Будь мне другом, ибо мы пока не братья. Мы с тобой разного племени, но живем на одной земле. Ты береги землю со своего края, а я буду беречь со своего.
