Вот оно что! Запирает комнату, притворяется больной, а сама бегает в «Макдоналдс»! Просто невероятно.
Но все мысли разом вылетели из головы, когда я узнала вторую собеседницу. То была Катрин Дюруа. Что за тайна связывала этих женщин? Почему им потребовалось спрятаться в дешевой закусочной, чтобы поговорить? Навряд ли их объединяла любовь к гамбургерам. Как бы подобраться поближе и послушать, о чем они воркуют?
В этот момент Катрин резко встала и двинулась к выходу. Я прикрыла лицо стаканом с колой. Что делать? Пойду за ней!
По улице брели редкие прохожие, и я опасалась, как бы Катрин не увидела меня.
Но та, казалось, не замечала слежки: разглядывала витрины, два раза заходила в магазины. Купила хлеб, ветчину, яйца. Наконец мне показалось, что она идет домой, и я, честно говоря, этому обрадовалась. Ноги устали от двухчасовой пешей прогулки, и я искренне надеялась, что визит Катрин в галантерейную лавку станет последним.
Я прождала ее несколько минут, потом заглянула в витрину. В магазинчике никого не было.
Толкнула дверь и вошла внутрь, приветливая пожилая продавщица за прилавком улыбнулась:
– Что желаете?
– Сюда только что зашла моя подруга.
Продавщица пожала плечами:
– Покупательница воспользовалась вторым выходом на…
Не дослушав, я бросилась к другой двери, параллельная улица выглядела пустынной. У выхода валялся коричневый бумажный пакет с продуктами. Я замерла в растерянности и машинально подняла его: хлеб, ветчина, яйца превратились в яичницу. Значит, заметила слежку.
Кто-то подергал меня за юбку:
– А это не ваши покупки, их потеряла мадам из 9-й квартиры.
Возле колен стоял маленький чумазый мальчик, настоящий Гаврош в потертых клетчатых брючках, грязноватой рубашечке и сбитых ботинках. Я присела и посмотрела ребенку в глаза.
– Видишь ли, эта мадам потеряла покупки, а ты знаешь, где она живет?
Мальчишка серьезно кивнул головой.
– Давай тогда отнесем ей потерю. Вдруг соберется поужинать, а нечем.
Ребенок ткнул измазанным пальцем в сторону рыбной лавки:
– Она живет во дворе этого дома, квартира девять.
А зовут ее мадам Леклерк. Я-то точно знаю, потому что она посылала меня на почту и денег дала.
Прихватив испачканный пакет, я пошла искать нужный дом. На лестнице омерзительно пахло кошками, ступеньки выглядели заплеванными, а окна в подъезде не мылись, кажется, со дня взятия Бастилии. Квартира девять оказалась на первом этаже. Я позвонила.
– Кто там? – раздался за дверью голос.
