Пока ждала ответ, успела посмотреть время, и выяснила, что уже как полчаса я должна находиться дома и кормить Машу.
— Все хорошо. Машуньчик пока не очень капризничает, она ведь поздно сегодня проснулась, так что еще полчаса-час продержимся спокойно. Ты на работе задержалась?
— Да, можно и так сказать. И теть Лен, — я вздыхаю, а потом понижаю голос до шепота, — так получилось, что я не смогу покормить ее.
— Что? Почему?
— Голова так разболелась, что мне пришлось выпить сильное обезболивающее, — вру не очень убедительно, — и да, задержаться придется.
— А…ну…хорошо. Смесь у нас есть, бутылочка тоже. Сонь, нет проблем. Когда приедешь, тогда приедешь. Я сама уложу нашего зайчонка на дневной сон, не беспокойся ни о чем.
От этих тетиных слов мне становится так спокойно, что не передать словами. Словно тяжелый груз сваливается с плеч. Не придется теперь сломя голову нестись домой, а потом объяснять почему я немного не в себе, ведь внимательная тетя обязательно заметит, что со мной что-то не то.
Так сильно болела голова, что даже пришлось пить обезболивающее и при этом, вместо того, чтобы уехать с работы пораньше, наоборот, там задержалась.
Что и говорить, объяснение не блистало логикой, но тетя не задала ни одного лишнего вопроса. Вот, что значит поддержка.
Как же мне повезло.
Я убираю телефон, разворачиваюсь к раковине, стягиваю с себя пиджак и начинаю тщательно мыть руки. После этого, не выключая крана, расстегиваю блузку, осторожно освобождаю ставшую почти каменной грудь, и начинаю муторный процесс сцеживания.
Так хорошо и быстро, как сделал бы за меня молокоотсос, не получится. Это только на первое время, чтобы доехать до дома.
Еще я меняю вставки, запасной комплект которых всегда есть в моей сумочке. И снова застегиваю блузку, как было. Вижу на ней начавшие подсыхать разводы, но их удачно скрывает пиджак, который накидываю сверху. Промокшие накладки кидаю в пакет от новых и, за неимением здесь мусорки, прячу обратно в сумку.
Вот, вроде бы и все. А если Никита спросит, почему так долго, то я…просто пошлю его подальше и все.
Я зла на него, да еще как.
Стоит вспомнить только, как из-за него жалась к кому! К самому Игнату, который… Тоже хорош. Согласится на все, что угодно, лишь бы не спорить с начальством. А если бы Никита предложил ему сброситься с десятого этажа? Тоже побежал бы выполнять с таким рвением?
Все они…в общем, не хочется о грустном.
Выхожу из ванной и тут же сталкиваюсь нос к носу с Никитой.
