Так и есть, всего каких-то пять минут назад оно полностью принадлежала ему. Его умелым рукам, от ласк которых я плавилась так, что до сих пор не могу прийти в себя. Он слишком хорошо меня изучил. Но даже если бы это было не так, его собственное желание, мысль, что он настолько сильно хочет меня, дико, до невменяемости, заводит получше всего, что можно только представить.
— Раны тебе придется обрабатывать самому, аптечка в шкафу на верхней полке, — говорю я, а сама кидаюсь к кроватке.
Не хочется стать легкомысленной мамой и меня немного мучает совесть, что я напрочь позабыла обо всех своих главных и основных обязанностях.
— Машунчик, привет, уже проснулась, — произношу бодрым голосом.
Дочка оживляется, гулит и широко улыбается, как она умеет. Я поскорее стягиваю распущенные сырые волосы резинкой, удачно завалявшейся в кармане штанов, потому что старую успела потерять где-то в душе, наклоняюсь и подхватываю дочку на руки.
— Сейчас мы переоденемся, — говорю ей, — а потом спустимся вниз на полдник.
Если судить по времени, на ужин, ведь сегодняшний график все еще сбит.
Несу дочку к пеленальному столику с веселыми зайцами, и укладываю ее на спинку. Кидаю секундный взгляд через плечо.
Никита успел достать коробку с медикаментами и теперь расположился с ней на диване, стоящем в углу комнаты.
Несколько ран у него сильно кровоточат и ему, как минимум, необходимо заклеить их пластырем. Что он сейчас и делает.
Я предлагаю дочке одну из игрушек. Хватаю не глядя, и это очень удачно оказывается прорезыватель зубов в форме полумесяца.
Машуня с радостью тянет полученное в рот, а я в это время быстро снимаю с нее штанишки и достаю памперс.
Протираю попку влажными салфетками и меняю подгузник на марлевый. Я стараюсь пользоваться памперсами только по необходимости. Обычно на прогулках, или, когда укладываю на ночь. Иногда бывают исключения."
"В то время, когда дочка бодрствует, предпочитаю проверенные бабушкины методы. Надеюсь, что так она быстрее приучится к горшку, когда начну ее туда высаживать.
И не нарушится теплообмен, о котором твердят многочисленные статьи, хотя другие статьи сообщают абсолютно противоположенное. Кто прав, а кто нет, я не знаю, поэтому чередую, придерживаясь золотой середины.
Делаю все на автомате, уже заученными движениями, а потому получается быстро и легко. Не проходит и минуты, как Маша снова у меня на руках, довольная и переодетая во все чистое. Никита как раз закончил с руками и теперь кладет коробку туда, откуда взял.
