Просто делаю то, что считаю правильным и нужным, и так, как считаю верным.
– Помогаешь Донбассу? – уточнила Полина.
– Не в этом дело, – ушел от прямого ответа Ярыгин. – Мы же говорили о Марьяше. Я объяснил Евгении, что не дам разрешение на выезд ребенка из страны, и по этой причине у нас возникли трудности общения и взаимопонимания. Мало того, мой отец через свои знакомства сделал так, что на всех пограничных контролях теперь есть фотографии Марьяны с предупреждением о возможной попытке нелегального вывоза этого ребенка.
– Жестко, – не одобрила такой метод Полина. – Понятно, почему с родней жены у тебя разладились отношения.
– Они разладились не поэтому, об ориентировке никто не знает, кроме нас с отцом, а потому, что они придерживаются прозападных убеждений и считают европейскую цивилизацию единственно возможной и правильной, а исторический путь России, ее устройство и государственность – отстоем, отсталым захолустьем. Или что-то в этом роде, я особо не вслушивался в рассуждения, которыми они меня грузили.
– То есть получается, из-за тебя они не могут уехать?
– Почему? – удивился вопросу Прохор. – Дед с бабушкой и родители Евгении уже уехали. Велком, как говорится, Евросоюз.
– А вы ведете с ней войну за ребенка, я правильно понимаю?
– Да нет, не ведем, – покачал устало головой Прохор. – Она пока заканчивает работу над одним своим долгосрочным проектом. Евгения очень талантливый архитектор, у нее своеобразное художественное ви́дение и эстетика и интересный творческий стиль, немного странноватый, но определенно сильный.
Уже год строится дом по ее проекту для одного богатого заказчика, и она же делает там дизайн интерьера. Мне очень нравится то, что она делает, стильно получается. Так что мы не воюем, а занимаемся каждый своим делом.
– Понятно, – выдохнула Полина, поняв, что болезненную для него тему он закрыл.
– А вот скажи, Полин Пална, если бы не удерживало тебя в стране происшествие, случившееся с твоей невесткой, ты бы уехала? – спросил Ярыгин.
"
"– Эм-м-м… – протянула задумчиво Полина. Помолчала, обдумывая его вопрос, и призналась: – Мне бы хотелось съездить куда-нибудь к морю на пару недель, отдохнуть, поплавать. Но уезжать надолго или насовсем по каким-то идейным соображениям или от страха, что в России все будет плохо, настанет полный трындец свободам и наступит сплошная диктатура… я этого не понимаю. Мне повезло, у меня была возможность часто и много ездить по Европе.
