– Да чушь собачья! Какое, к лысым бесам, задание?! Ветров, ты мне друг, конечно, но, проклятье, это же моя младшая сестренка, а она орала, что ты ее… – Богдан подавился словами, – трогал!
Ветров резко остановился:
– Я не собираюсь извиняться за то, что у нас произошло с твоей сестрой.
– Повтори… – Брат готов был наброситься на него с кулаками. – Не смей к ней приближаться! Ты меня слышишь? У нее хорошая жизнь, какой нам с тобой больше не увидеть.
Мне стало ужасно горько. Хорошая жизнь – это когда днем – работа, на обед – пончики, а вечером – семейная возня?
– Она найдет нормального мужика, выйдет замуж и родит мне четырех племянников! Не смей ей мешать!
– Нормального мужика? Ясно, – сухо произнес Ратмир с непроницаемым видом, а у меня что-то оборвалось внутри.
– Проклятье, Ветров! – заорал Богдан. – Когда ты говоришь таким тоном, я чувствую себя дебилом. Я запрещаю тебе приближаться к Ведке!
У Ратмира крепко сжались челюсти.
– И чего ты молчишь? – злился брат.
– Истомин, ты ни фига не знаешь своей сестры…
…Придя в сознание, я обнаружила себя болтающейся на крепком плече аггела.
Он стаскивал меня с крыши, под ногами хрустела черепица. Держать равновесие у него выходило плохо. Недолго думая я начала вырываться. Колотила кулаками его по спине, молотила ногами. В конце концов, он действительно меня выронил прямехонько на черепицу.
От сильного удара из груди вылетел весь воздух. Аггел схватил меня за запястье с браслетом Гориана, видимо, чтобы поднять на ноги, но вдруг замер в странной согнутой позе и вытаращился так, словно собирался меня лизнуть.
– Отпусти, – тихонечко пробормотала я, и он действительно выпустил мою руку. – Отойди!
Аггел попятился.
– Покрутись.
Высоченный, как башня, широкий, как дверь, он послушно повернулся несколько раз вокруг своей оси.
– Прыгни с крыши, – кивнула я, и когда он подошел к краю, замахала руками: – Я пошутила! В смысле замри.
Некоторое время мне понадобилось, чтобы осознать, что же такое произошло. И тут вспомнилось, что он схватил меня за руку и невольно прикоснулся к браслету.
Его сознание отрубилось, и злобный охранник превратился в марионетку, а я – в неумелого кукловода. Чтобы закрепить результат, протянула руку и приказала:
– Подержись. – Огненные пальцы послушно сжали мое запястье. – Отпускай. А теперь, лихо одноглазое, выведи меня из особняка.
Беспрекословно подчиняясь, он побрел к разбитому окну. За ним волочился длинный хвост, и я едва подавила мстительное желание хорошенько его отдавить.
