– А ты быстро вживаешься в роль, – усмехнулся Ратмир. Он ловко перевернул флакон, и мне в глаз упала капля. В голове мгновенно взорвался фейерверк боли.
– Матерь божья! – выдохнула я, отпрянув от мучителя. – Вы меня еще и слепой решили сделать?
– Слепой мелкий гоблин в женских портках! – взвыл Стриж с кровати, и когда я бросила на него яростный взгляд, окончательно задохнулся: – Нашему парню идут разноцветные глаза! Один серый, другой желтый, как у зараженного черным проклятием гуся.
– Ненавижу! – рявкнула я. – Надо было самой пристрелить тебя вчера!
– Этот гоблин реально злой карлик, – застонал приятель.
– Птаха хотя бы имела понятие о приличиях.
– Иди ты! – фыркнула я, позволив капнуть второй раз.
Казалось, что глаз лопнет от боли, но когда жжение прекратилось, зрение улучшилось в разы и неожиданно стало таким острым, что я могла разглядеть даже трещинку в стене.
– Мне это даже начинает нравиться, – попыталась пошутить я, а Ветров-старший только покачал головой.
Док же подхватил со всей возможной страстью, пытаясь доказать, что просчет в колдовстве не такой уж постыдный:
– Ведушка, может, тебе по природе не дано быть мужчиной, вот и вышел тролль?
– Гоблин! – выдохнул Стриж, взорвавшись новым приступом смеха.
И тогда я прочувствовала еще один сказочно удобный талант новоприобретенного тела. Огромные уши сами собой вытянулись, как у гончей, и слух уловил далекие шаги по деревянному настилу на улице. Под чьей-то ногой скрипнула половица, и хлесткий удар, как хлыстом, прошелся по гладким доскам.
– У нас гости! – выпалила я, и веселость моментально испарилась из номера постоялого двора.
Ровно в этот момент дверь распахнулась от мощного удара, и черный прямоугольник заполнила широкоплечая фигура аггела с повязкой на выжженном глазу.
Мгновенно Ратмир закрыл меня собой, пряча от нежданных визитеров.
В комнате вдруг стало тесно. В тусклом отблеске светового шара сверкнули самострелы. Док охнул, руки ему заломил свирепый противник. Стриж замер под направленным на него дулом. Я испуганно схватилась за рубаху Ратмира, чувствуя, как на макушке дрожат уши.
Златоцвет перешагнул через порог по-королевски, окинув номер презрительно-брезгливым взглядом. Красота мага казалась вызывающей и противоестественной. Густые волосы блестели, а дорогой костюм с черным похоронным галстуком идеально сидел на худощавой фигуре.
– Ну и дыра, – протянул он. – Ты бы мог найти убежище посолиднее, Ветров.
– Господин Златоцвет Орлов. Зачем явился? – процедил Ратмир.
