Потом наконец появилась она, и он отреагировал молниеносно. Слава богу, она была одна – все это время его мучили опасения, что с ней снова будет какая-нибудь подруга. Странным образом ему никогда не приходила в голову мысль, что у нее мог быть муж или бойфренд. Должно быть, это было связано с тем, что на дверной табличке стояло только ее имя, – или, что более вероятно, с ее глупым поведением: по его убеждению, мужчина никогда не стал бы звонить потенциальному убийце и оставлять свое имя и номер телефона, как это сделала она.
Подобная наивность могла быть присуща только женщине.
Он втолкнул Моник в квартиру и запер дверь. У него был с собой нож, но ему не пришлось его показывать – она не проявила ни малейшего сопротивления и не кричала, а только уставилась на него широко распахнутыми от страха глазами.
– Вы хотели со мной поговорить? – спросил он и тут же смог прочитать по выражению ее лица, что она поняла, что он имел в виду, и испугалась.
На всякий случай он сунул руку в карман куртки, чтобы быстро выхватить нож, если она все же закричит, но Лафонд, видимо, была не в состоянии это сделать.
Она только таращила глаза, а в голове у нее, казалось, проносились сотни мыслей."
"Он слышал, что снаружи, на лестничной площадке, кто-то проходит мимо. Они стояли слишком близко к двери, поэтому он протолкнул Моник спиной вперед в гостиную – вернее, ему не пришлось ее толкать, достаточно было лишь медленно придвинуться к ней, и она тут же сама отступила назад.
Оказавшись в гостиной, он быстро удостоверился, что все окна закрыты, а затем потребовал, чтобы Моник села, что она тут же и сделала. К счастью, Лафонд действительно испытывала настоящий страх перед ним, а значит, не станет создавать ему трудности. Сам он остался стоять, потому что это давало ему ощущение превосходства, так как на самом деле он чувствовал себя неуверенно. Он не имел представления, что ему следовало делать. На протяжении всего этого времени у него была только одна мысль: «Я должен вывести ее из игры.
Я должен каким-то образом обезвредить опасность». И вот теперь он имел эту опасность перед собой и не знал, что с ней делать.
– Откуда у вас мой номер телефона? – спросил он. – Я имею в виду, номер моего мобильника?
Лафонд ответила не сразу. «Я не скажу ему правду», – решила она.
– От мадам Раймонд, – ответила она наконец.
Он с презрением улыбнулся.
