Чаще всего Надин с Петером выезжали на природу – либо в горы, либо в укромные бухты на взятых напрокат лодках – и часами предавались там любви или же просто молча сидели, взявшись за руки, в траве или на скалах, и глядели вдаль, не проронив порой за все после-обеденное время почти ни слова. Однажды Кристофер заявил, что не намерен больше покрывать своего друга, поэтому в тот последний осенний отпуск Петер был нервозным и беспокойным, и у Надин постоянно было такое чувство, словно Лаура присутствовала с ними – по крайней мере, в его мыслях.
Она и раньше ненавидела тот повторяющийся каждый вечер момент, когда Петер брал свой мобильник и, бросив ей извиняющуюся улыбку, покидал ресторан, в котором они ужинали и который каждый день меняли, чтобы не примелькаться как пара. Из какого-нибудь укромного уголка он звонил Лауре и с восторгом рассказывал ей о великолепно проведенном дне на яхте Кристофера.
Когда Петер возвращался к Надин, она обычно не могла удержаться от колкой реплики:
– И?.
. Всё в порядке с прелестной супругой? Или она скучает в элегантном доме люкс, который ты профинансировал, из-за чего мы теперь не можем быть вместе?
Иногда ей казалось, что она задохнется от злости, когда Симон начинал защищать Лауру.
– Надин, ты же знаешь ее. Она не скучающая жена, которая сидит на своей вилле сложа руки и бьет баклуши. Она очень хотела бы снова работать по своей профессии в качестве фотографа, но я не желаю этого. Она же человек, не кукла!
– Так позволь ей работать.
Может быть, тогда улучшится ваше финансовое положение и ты быстрее сможешь развестись.
По этому пункту – что Лаура могла бы снова начать работать – они регулярно начинали ссориться. «Какая ирония, – часто думала Надин, – ведь именно из-за этого он наверняка часто ругался и с самой Лаурой». Петер однажды сказал, что не желает, чтобы его жена возвращалась в свою профессию, потому что тогда она будет в контакте с весьма беззаботными людьми.
– Художники, журналисты, фотографы… В конце концов, я знаю эту сферу деятельности.
Ветреный народец, который не очень-то серьезно относится к верности. А если я только представлю себе, что она снова объединится со своей подругой Анной… О боже! Мне сразу становится плохо. Ты бы ее видела! Совершенно распущенная личность.
– Ну и что? Тебе-то это должно быть совершенно безразлично! Ты ведь всегда говоришь, что Лауру, в общем-то, давно уже не любишь. Ты хочешь с ней расстаться.
