Мулатка сложила руки на скрытой сарафаном великолепной груди и прищурилась, словно раздумывая — попытаться ли ей выбить из меня информацию, как проходила эта тусовка, или нет? Но всё же на этот раз мудрость в ней возобладала.
Она лишь вздохнула и произнесла:
— Все уже собрались во Дворце Совета, как ты и приказал. Ждут только тебя и волнуются. Прежде ты ничего подобного не устраивал. А старик Мых особо ничего не рассказал, для чего тебе подобное сборище.
— Да просто посоветоваться. Это же совет, — улыбнулся я и принялся одеваться.
— Вряд ли мы на нём примем какие-то кардинальные решения и вообще мало вероятно, что там произойдёт что-то интересное.
Лишь бы не вмешались богини Судьбы, любящие пошутить. А то они такие гадины, что могут вывернуть ситуацию так, что даже Сломанный Рог окажется каким-нибудь шпионом Хаоса, а Бурая — древним существом, поклявшимся накуканить меня по самые гланды.
Огнева бросила на меня напряжённый взгляд и нервно пожевала губы, будто удерживала внутри целый рой вопросов. Но видно, внутреннюю борьбу она всё же выиграла и промолчала.
Неужто поумнела? Или кто-то дал хороший совет, что от бога не следует ждать объяснений?
В общем, баронесса терпеливо дождалась, пока я натяну на себя одежду, после чего молча вышла следом за мной из дома стариков-изгоев.
Утро выдалось знойным и безветренным, безраздельно господствуя в городе. А тот продолжал барахтаться в своей привычной жизни, напоминая выгребную яму, которую упрямо и с энтузиазмом переделывали в современный бассейн.
— Эх, скоро заживём лучше, чем в раю, — вздохнул я и пошёл к Дворцу.
Огнева скептически хмыкнула, хмуро шагая рядом со мной.
Хаоситы на площади взмахнули руками, приветствуя нас, и я ответил им благосклонным кивком.
А уже на ступенях Дворца нас поджидали сопровождающие, которые без лишних слов повели меня с баронессой вглубь старинного здания.
Вскоре перед нами распахнулись створки дверей, потрескавшиеся от времени и сухости.
Мы вошли в небольшой круглый зал с куполообразным потолком. Штукатурка местами ещё держалась, и на ней, хоть и едва различимые, проступали изображения богов и эпизоды их жизни.
Окон в зале не оказалось, потому вдоль стен стояли ряды толстенных свечей, каждая толщиной в два кулака — на таких парочку зайцев зажарить можно.
Язычки пламени щедро разгоняли сумрак, освещая круглый стол в центре и приглашённых, что уже успели рассесться вокруг него."
"Здесь собрались имперцы, Сломанный Рог, Бурая и прочие близкие моему сердцу смертные.
