Если его коснуться, то можно получить что-то сродни ожогу.
Между тем я добрался до прохода и вошёл в него, оказавшись среди таких же стен. Только там уже было два пути. Один вёл прямо, другой направо. А ещё на меня уставилась средних размеров змея. Она зашипела и уползла в дыру на стене. А я почесал щеку и двинулся дальше.
И вскоре мы с Громовым-младшим узнали, что Иврим ошибся. Это оказался никакой не сад, а самый настоящий лабиринт. Меня, конечно, такое открытие совсем не обрадовало. Зато приободрило отсутствие ловушек.
По крайней мере пока они мне не встретились. Значит, их тут как минимум не так много, как думал Безумный бог.
— А может, меня вообще не в то место перебросила магия Иврима? — прошептал я и прихлопнул шестикрылое насекомое, устроившееся на моей груди с явным намерением испить крови. — Тогда мне надо продержаться всего два часа, и Безумный бог вернёт меня обратно? Или из-за сбоя в переносе мне теперь светит вечная местная прописка?
Громов содрогнулся от одной только мысли, что он останется тут.
Паренёк сразу же начал лепетать о своей любви к Беловой, дескать, что он не проживёт без неё и недели.
— Ну, раньше-то ты как-то без неё жил, — иронично проговорил я, оценивающе посмотрел на стену и начал взбираться по ней, используя трещины и неровности булыжников.
Конечно, было непросто. Меня на человека-паука не учили. Однако я всё же потихоньку покорял стену, стирая в кровь подушечки пальцев.
К счастью, высота была небольшой, поэтому совсем скоро я уже ухватился левой рукой за верхний край стены и подтянулся, чтобы и правой рукой ухватиться за подходящий камень.
Но тут из стены выскочило тонкое, острое лезвие и вошло прямо в ладонь моей левой руки. Оно пробило её. Окровавленное, ржавое, облепленное кучей бактерий и прочей хернёй.
— А-а-а! — завопил я от боли и неожиданности.
Понятное дело, моя раненая рука непроизвольно разжалась, и я полетел вниз. Повезло, что лезвие вернулось в камень, а то бы оно ещё больше располосовало мою ладонь.
Да и падать оказалось невысоко. Но всё же я чувствительно приложился спиной о брусчатку.
— М-м-м, — простонал я, рефлекторно свернувшись в позу эмбриона. — Первый блин комом. Вашу мать."
"Однако мне всё равно удалось получить кое-какой результат. Во-первых, я обнаружил ловушку. А во-вторых, когда моя голова пусть всего на долю секунды, но всё же оказалась выше стены, я увидел большое каменное дерево, возвышающееся над лабиринтом, окружающим его.
