– Хельга даже улыбнулась победно, отличная мысль, вероятно, пришла ей в голову. – Нет заказчика, нет оплаты, нет ничего. Как думаешь, сколько мне времени понадобится, чтобы прямо сейчас, например, сделать небольшое такое отверстие в твоей голове? А еще учитывай такой нюансик: ну, запрут меня на полгода на Восьмерку, это максимум. Но я не дура, поэтому в итоге мне ничего не будет. Тебе просто повезло из-за того, что ты свежий. И все…
– Мне везет, потому что я сильный и умный, – мне нравилось ее дразнить, купаться в ее эмоциях, которые, как девушка ни старалась скрывать, явственно просматривались даже не в мимике – в глазах.
Вот при последних словах проявилось яркое возмущение, желание сбить с меня спесь. – На этот счет у вас тут есть такая прекрасная организация, как Гильдия. И вот не далее чем, – демонстративно посмотрел на часы, – тридцать три минуты назад я разместил заказ, что в случае моей гибели за вашу голову объявляется награда в десять жемчужин…
– Но… – Она даже чуть вперед подалась, затем улыбнулась, а в глазах – чуть растерянности и страха.
Оно и понятно, можно посмеиваться, когда угроза эфемерна или исходит от пропитого рейдера, от банды непонятных типов, которые всю дорогу промышляли разной мелочью и не видели в жизни ничего ценнее гороха. Или даже от нескольких отмороженных муров, желающих не только потрогать этот цветник, но и обогатиться за счет его, продав заинтересованным лицам. Это одно.
В последнем случае СБ Острога даже премию девочкам выписала.
То есть все действия Хельги укладывались в рамки местного закона и неписаных правил или чуть-чуть его нарушали, как в случае с кастрацией рейдера-одиночки. Дел-то по реалиям Улья – три горошины, и бубенчики пострадавшего на месте. А полторы недели на Северо-Восточном форпосте в группе прикрытия местных бригад, орудующих в очень тихом месте, на заводе ЖБИ, где пусть и опасно, но по степени угрозы все не выходит за рамки обычной жизни в Улье, – это ерунда.
Но зато какая слава, какой имидж. Частые драки же с использованием даров не в счет. Как и посыл на три буквы какого-то заместителя левой руки Князя, когда тот решил подкатить к девушке. Все это мелочи.
Сейчас же угроза стала не просто ощутимой, а возросла на порядок, если не на несколько. Стала выше всех даже предполагаемых угроз. Десять жемчужин по местным реалиям – это очень много.
