— Гадина! — зашипела старуха. — Ты изменяла мужу! Дрянь. Потаскуха. Мерзавка. Шлюха подзаборная.
Светлана Алексеевна расхохоталась.
— Счет один-один. Вы ведь Василия, как мы сейчас узнали, произвели на свет не от Петра Ильича, своего законного супруга.
— Постойте, — пробормотала Раиса. — Что у нас тогда получается? Если Игорь Семенович единокровный брат Василия Петровича и он же отец Степана, то, выходит, Степа моему покойному свекру одновременно сын и племянник? Ой, сейчас у меня голова треснет!
Старшая Шарова вцепилась в диванную подушку и начала колотить ею по подлокотнику, крича:
— Я имела право на связь с Семеном, потому что спасала фамилию Шаровых! Не родись Вася на свет, сейчас бы в Лоскутове Бражкины верховодили! А ты дрянь развратная!
— Следуя вашей логике, я тоже имела право на рождение сына от Игоря, — отбила подачу Светлана Алексеевна.
— Кстати, у вас все равно ничего хорошего не вышло — девочки, ваши внучки, выйдут замуж, и трендец Шаровым. И я, в отличие кое от кого, не убивала своего мужа, Василий жив, здоров и невредим.
А вот где его юридический папочка? С чего, интересно, Петр Ильич на тот свет внезапно отправился, а?
Алевтина Степановна попыталась встать, но не смогла, ноги отказались держать ее.
— Бабушка, ты дедушку убила? — разинула рот Оля. — Чем? Ножом зарезала или застрелила?
Мать Василия Петровича швырнула во внучку подушкой.
— Дура! Наглая, невоспитанная идиотка! Неужели не ясно, что москвичей специально вызвали, чтобы оболгать Шаровых и возвысить Бражкиных?
— К детективам обратились не мы, — подала голос Ирина Федоровна.
— И, Ангелина, заметь: твой сын наполовину Бражкин, шаровской крови в нем нет. Да и Степан был тоже из наших, причем на три четверти.
— Нет, неправда, — отрезала старуха, — это вранье.
Константин показал на доску, возле которой на полу валялись обрывки ксерокопий документов."
"— Анализ ДНК подтвердил наше родство с Василием Петровичем. Правда, исследования крови Степана нет, но навряд ли Светлана Алексеевна все выдумала.
Кстати, думаю, что ее жизнь после шокирующего признания кардинально поменяется.
— Вот и слава богу, — прошептала мать Оли. И повторила: — Устала я, сил больше нет, не вижу смысла продолжать жить с Василием.
Глава 38
— Ваш роман с мэром длился до его смерти? — спросила я.
— Нет, — после небольшой паузы ответила Светлана Алексеевна. — Пару лет назад мы, оставшись друзьями, прекратили интимные отношения.
— Почему? — спросила Антонина.
