Я как-то немного по-другому представляла себе интервью в солидной компании, но кто знает, как должно быть правильно?!
— Будешь работать у меня, в основном почту разбирать, документы отправлять и получать, будешь помогать заключения составлять. Это если кратко. Это на полдня. Проявишь себя — пойдешь помощником, месяца через три-четыре. Нет — вылетишь как пробка. Вопросы?
Я не сразу нашлась что ответить — перед собеседованием у меня были десятки, а то и сотни вопросов, но после такого приема в голове пустота.
— Молодец. Соображаешь. — Мужчина, кажется, его зовут Сергей Львович, слишком быстро протараторил имя, когда я вошла. А переспрашивать у меня язык не повернулся. — По окладу: он небольшой, точную сумму тебе эйчар скажет, если притащит сюда свой… свою персону. А лучше наберет тебе. Мнения ее не нужно, пусть тебя оформляет лучше. Когда сможешь приступать?
В полнейшем шоке выхожу из переговорной, куда уже после меня залетает высокая блондинка с короткой стрижкой.
На автомате спускаюсь на первый этаж, крепко сжимая в ладони телефон. Марат говорил, что он занят, но и просил сразу набрать ему, поделиться впечатлениями. Их у меня хоть отбавляй.
Отвечает сразу, первый гудок еще не прошел в трубке, а я уже слышу его нетерпеливое «ну как?».
— Не знаю даже. Вроде хорошо прошло. Но я не ожидала… это нормально, что меня не спрашивали ни о чем?
— А смысл? Первое впечатление явно хорошее, по-другому с тобой и быть не может.
А дальше — это только в работе понять можно. Ты довольна?
— Да… — Помолчала и добавила уже более уверенно: — Да! Я очень не хочу, чтобы ты за меня краснел.
В телефоне повисло молчание, а я запоздало зажмурилась, пытаясь понять, что лишнее ляпнула.
— Это невозможно, Люба, — заверил он и тут же спросил: — Давай завтра встретимся? Через час у меня совещание — не знаю, когда с него выберусь.
— Давай, конечно. И еще раз спасибо. Ты не представляешь, как много ты для меня делаешь.
— Это ты не представляешь! До завтра.
Зависаю на пару минут, размышляя о его словах, а потом, так ничего и не придумав, решительно выхожу из здания.
И зажмуриваюсь. Снова.
Конечно же, здесь нельзя парковаться, таким понтовым байкам так точно. Конечно же, девчонки, вышедшие на перекур, обступили его плотным кольцом. Но не настолько плотным, чтобы я смогла проскочить незаметно.
— Люба! Поехали.
