Мало тебе Альберта? Господи! О ком ты вообще сейчас думаешь? Да что за паника?
Он больше ничего не говорит, просто ждет. Стоит, прижимая меня к себе, и терпеливо ждет моего ответа.
Моего ответа!
— Да. Конечно, да, — выдираю из пересохшего горла самые важные слова. Но паника накатывает новой волной: а может… может, это просто слова поддержки, только потому, что?..
Плотно сжатые губы чуть дрогнули от моих слов. А дальше, дальше я просто закрыла глаза. Мысль, что так не целуют, лишь бы друга поддержать, стрелой пролетела, оставив за собой приятную пустоту в голове.
Внутри меня словно что-то разрывается, а вечные «доброжелатели» — стеснительность и робость, — плотной паутиной оплетавшие мою сущность, теперь повержены. Я не слышу их тихих голосов, зато я слышу, наконец, саму себя.
Все так легко и естественно, никаких переживаний, что я делаю что-то не так. Потому что мне нравится целовать его губы, зарываться пальцами в его густые жесткие волосы, ловить его дыхание, ощущать запах его кожи на кончиках своих пальцев.
А еще чувствовать его сильные руки на своем теле, вздрагивать и улетать в неизвестность от непривычных эмоций.
Он тяжело дышит, чуть прикрыв глаза, а я пытаюсь одернуть свою футболку, немного привести себя в порядок. Хотя, что такое порядок? Точно не то, к чему я привыкла.
— Верный ответ, Люба. — Он чуть насмешливо улыбается и проводит ладонью по моему лицу, убирая спутанные волосы. — Наконец-то!"
"Обнимает меня так крепко, словно боится отпустить, словно я могу исчезнуть.
Но я больше никуда не исчезну. Сейчас все по-другому, Метелица, по-взрослому. И никакие школьные королевы больше ничего не сделают. Мысли с Элины перескочили на бывшую одноклассницу. Но сейчас, наверное, не время спрашивать. Пусть я идеализирую Марата, сложно не считать идеалом того, кого не можешь забыть столько лет и который, наконец, сам пришел ко мне, хотя я ничего особенного для этого не делала. Он не будет меня обманывать, я знаю. Марат — очень честный, слишком порядочный, у него есть принципы.
Даже Бойченко не смогла его испортить.
— Наконец-то! — повторяю за ним. В пекло всех этих Элин, Жанн и Ян, в пекло! — Я всегда буду рядом, обещаю!
А слезы все равно к горлу подступают. Ну почему сейчас?! Почему мое счастье со слезами?
Больше никаких слов, разговоров. Наверное, они будут потом, а сейчас лишь его теплые губы на моем лице и нежный шепот, который тихой музыкой звучит в моем сердце. Времени нет, нет пространства, ничего не существует.
