Алка хватает меня за руку и тащит в сторону гардероба, где уже виднеется Анька в компании того самого бугая.
— Ты была так увлечена, — подкалывает Медведева. — Что я была уже не уверена, что мы куда-то едем.
— Вирус Бергмана. Не обращай внимания, валим и очень быстро, — пыхчу я. — Это вообще что такое? Я просила тебя забрать Аню у мужика. Что он тут делает?
— Она не забиралась. Поэтому мужик едет с нами.
— Ой, ну ладно, — сую номерки гардеробщице. — Кто-нибудь вызвал такси?
— Я, — басит Анькин аксессуар.
И то хлеб, хоть полезный оказался.
Спешно запахивая пальто на ходу, я устремляюсь за новым членом команды.
Уже в дверях, чувствуя, что на меня кто-то пристально смотрит, инстинктивно оборачиваюсь и встречаю сердитый взгляд Германа, которому пройти ко мне не позволяет пьяная компания. Этот взгляд говорит мне, что мы еще обязательно встретимся.
Глава 7. Планы и их крушение
Сидим с Алкой на ее кухне и пожираем «волшебные» бутербродики, ибо не те уже наши годы, чтобы ложиться спать, не закусив выпитое шампанское.
Это лет пять назад, я после вечеринки могла принять дома душ по-быстренькому и отправиться на работу.
А сейчас я поумнела. Сначала бутер, потом снять боевой раскрас, чтоб с утра не выглядеть как потаскумбрия, и только потом можно закладывать бренное тело в кровать.
— На жопе отложится, — с каким-то зловещим удовлетворением отмечает Алка вгрызаясь в багет с сыром и колбасой."
"— Как пить дать, — соглашаюсь я, прицеливаясь к сальцу. — Неправильно мы потусили. Анька вон на задницу свою нашла кавалера, а я сало.
Сжечь ведьму!
Алка хмыкает:
— Тебе грех жаловаться, ты на свою задницу Бергмана словила.
— Ой, не напоминай… — морщусь я, вспоминая свое родео. — Нечистая попутала.
— Ну молиться тебя не тянуло — это точно, — ржет язва.
— Да там вообще ни одной мысли. Я от себя в шоке, как потерпевшая в него вцепилась. Нимфоманка на пенсии, блин.
— Ну… — задумывается Медведева. — Он не выглядел угнетенным. Я думаю, сегодня ночью он тебе подумает не раз.
— Это если он не подцепил прям сразу какую-нибудь малолетку.
Ты видела, как там парочка кобылиц на него пялились голодными глазами?
— Ревнуешь? — хитро стреляет в меня глазами Алка.
— Кого? — тут же взвиваюсь я. — Этого кобеля? Мне мама все про него рассказала. Я еще и в светской хронике покопалась. Роза Моисеевна внуков от него будет ждать очень долго. Раз до сих пор ни одна от него не смогла залететь, значит, воробей стреляный. А по-другому его за жабры не взять.
