Через полчаса Анара-портниха приедет, а ты тут разлеглась, — заметила она недобро. — Мы, конечно, с отцом такую глупость сделали, что дали себя уговорить на твой брак с Камилем. Но кто же знал, что Реза вернется? Такой человек!
— Мама, — изумленно воскликнула Кристина. — У меня же есть длинное нарядное платье. Его и надену.
— Да нет же, — отмахнулась мать. — Гляди, какая красота. — Она достала из коробки зеленое шифоновое платье с расшитым лифом. — А ожерелье как воротничок идеально подойдет, — всплеснула она руками.
— Все-таки Реза — молодец, любую мелочь предусмотрит.
Кристина вздрогнула, понимая, что ввязалась в игру с очень серьезным противником.
«Нужно переписку с Калинкой удалить, пока Реза не обнаружил», — напомнила себе она, но мать расценила ее дрожь по-другому.
— Не бойся, доченька, — сжала она в своей ладонь Кристины. — Реза строгий, конечно. Но муж из него выйдет хороший. Я даже рада, что так обернулось.
— Я его не люблю, — прошептала Кристина. — Жаль, что никто не слушает меня.
— Он богат, — продолжала гнуть свое мать. — Увезет тебя в Швейцарию. Там у него, говорят, дом большой. Все для тебя. Да и когда детки пойдут, он всем вас обеспечит… Только не вздумай истерику закатить. На вопросы муллы отвечай четко и ясно, поняла? А то всю семью опозоришь. Если Реза решил тебя замуж взять, то твое дело покорно согласиться.
— Хорошо, — пробормотала Кристина, молясь Аллаху, чтобы Калинкин план удался. Она не думала о последствиях. Лишь одно тревожило — снова быть вместе с Камилем.
Какой ценой — не важно!
Она безропотно примерила платье, оказавшееся на размер больше. Равнодушно смотрела, как портниха подбирает лишнюю ткань и закалывает ее булавками, как мать приставляет колье к платью и довольно цокает языком.
— Посмотри, — заявила она, доставая из пакета небольшие коробки. — Вот все предусмотрел. И платок, и диадему, и сумочку.
Кристина тупо уставилась на корону из стразиков и уже хотела заявить, что большего уродства в жизни не видела, как мать внимательно всмотрелась в ярлычок, прицепленный к короне.
— Бриллиантики, — довольно хмыкнула она и, улыбаясь, погладила старшую дочь по руке. — Как же Реза тебя ценит, девочка моя.
— Да, конечно, — будто кукла, мотнула головой Кристина и отправилась в ванную. Встала под душ, мысленно прощаясь со свободой.
А вернувшись в комнату, попала в руки двоюродных сестер. Они с азартом принялись наводить красоту невесте: сушили и укладывали волосы, красили глаза и лицо.
