А всю дорогу до дома Бека размышлял, почему они с Асисяем, да еще несколько человек из команды, зовут генерала Кирсанова на «ты». Крепс мысленно ругался с Юлькой, приводил ей разные доводы, но все сводилось к одному. Если ты валялся с человеком в одном окопе, вместе сражался спина к спине и был готов умереть за него, равно, как и он за тебя, то какие, на фиг, церемонии и «вашблагородие»? И не панибратство это вовсе. А дикая привязанность и уважение.
— Вон даже бога пиндосы и англосаксы величают на «ты», — бросил в сердцах Крепс и, заезжая в гараж, снова приметил знакомую полноватую фигуру.
Пожилой человек в мохнатой шапке-ушанке старательно делал вид, что выгуливает маленькую мерзкую собачонку.
Глава 9
Обычно в доме стояла гробовая тишина. Чем занималась женщина, когда уезжал мужик, Меньшиков не знал. Спать ложилась или уходила вслед за сожителем? Какая разница! А ближе к вечеру приезжал заказчик. Она кормила его ужином на кухне и толклась рядом."
"«Частный дом, а слышимость хуже, чем в хрущевке, — подумалось Толику.
— Ну хоть человеческая речь. Иначе сойти с ума можно, — мысленно хмыкнул он, в который раз ругая себя за беспечность. — Польстился на легкие деньги. Дурак. Как там Ленка с детьми? — снова задался он вопросом. — Выбраться бы живым отсюда. Ни на кого семью не променяю», — поклялся он, понимая, что самое трудное снова — очутиться за воротами этого проклятого дома. Он возвел глаза к потолку, откуда доносилась ругань его мучителей. Они часто спорили между собой. Вспоминали какую-то Шурку и ее родственников.
Иногда говорили намеками, отчего Меньшиков не понимал ни слова.
«Эти двое давным-давно знают друг друга, — решил Меньшиков и, припоминая, что иногда разговор заходил о жене заказчика, сделал вывод, что мужик и его баба, скорее всего, подельники и любовники. — Хотя кто позарится на эту старую кошелку, вздорную и мелочную? — в сердцах вздохнул он. — Вот и сейчас распекает мужика из-за собаки. Не там он, видите ли, гулял. Псинка замерзла бедная! Из-за собаки, Карл, собаки! — мысленно усмехнулся он.
— Да Ленка с ее придирками просто ангел. Подумаешь, шпыняет, когда хлеб забыл купить или мусор вынести. Замечательная женщина! Самая лучшая. Мне бы домой вернуться, к ней и детям», — крепко сжав челюсти, подумал он и решил слушать и запоминать все, о чем говорят его тюремщики.
— Пацан Шуркин подбежал. Шустрый, как электровеник, — громко охнул мужик. — И твоя животина к нему на радостях бросилась. Узнали друг друга.
