Снова примостился рядом и прошептал на ушко: — Что ты надумала, Сань?
— Иначе бы я боялась, что умру, — пролепетала она. — А ты докопался до истины.
— Вот и хорошо, — пробурчал он, целуя ее в шею. — Спи. Я твой сон охранять буду, — заверил жену Кирсанов и поморщился. — Нужно распорядиться, чтобы сюда доставили двуспальную кровать, — усмехнулся он. — А то палата люкс, называется… Да и на коврик мне идти что-то не хочется…
Александра почувствовала, как по всему телу разливается тепло и в неведомые дали уходят страхи.
— Знаешь, какое самое универсальное лекарство? — прошептала она. — Горчичник на все тело! Оставайся со мной, Сережка, и лечи до утра, — захихикала она, осторожно поворачиваясь и утыкаясь носом в широкую Кирсановскую грудь.
— Высадите меня около остановки, — манерно потребовала девица. Крепс, уверенно ведя машину по московским улицам, покосился на свалившуюся на голову обузу. Конечно, Бек и Асисяй умыли руки, выйдя около «Нейрона» и предоставив ему самому отвозить современную Мальвину домой.
«Из меня еще тот Буратино», — хмыкнул он про себя, а вслух пробурчал недовольно:
— Я-то высажу, Юль, мне не трудно. А вот как ты до дома дошкандыляешь? Тебя бы по-хорошему в травму отвезти. Снимок сделать."
"— Заживет как на собаке, — поморщилась она и тут же слезно попросила: — Довезите меня до дома, пожалуйста. Что-то коленка сильно разнылась.
— Домой придешь, холод приложи, — велел он, сворачивая во дворы.
— Хорошо, Дмитрий Николаевич, — вздохнула она.
— Я такой старый? — пробасил он.
— Зови по имени.
— А почему ваши друзья вас Крепсом зовут? — решила поддержать разговор она и очень удивилась, когда машина остановилась около ее подъезда.
— Вы?! — возмущенно заметила она. — Как?! Откуда?!
— От верблюда, — хмыкнул Крепс. — Ты думала, что можно запросто попрыгать на голове Кирсанова и отделаться легким испугом? Не выйдет, девочка! Уже вся подноготная вашей компашки изучена и проработана.
— Но как же? — снова изумилась девица.
— Служба у нас такая, — поморщился Крепс.
— Это тебе не по кладбищу в порванных колготках носиться. Только отвлекаете серьезных людей своими выходками.
— Если не Кирсанов, то кто же украл Толика Меньшикова? Он же безвредный, как букашка! — заверещала деваха и даже кулаки сжала от бессилия.
— Да ты пойми, курица мокрая, — не выдержав, рыкнул Крепс. — Кирсанов весь на виду. Он даже в собственной квартире один не остается. Кроме дома и объектов Министерства обороны нигде не бывает.
