Закончилось все так же неожиданно, как и началось. Вспоров режущим ударом глотку степняку, парень добил его стремительным уколом в грудь и, развернувшись, замер, выискивая взглядом очередного противника. Но драться уже было не с кем. Станица отбилась. С потерями, с кучей раненых, но они снова отстояли свою свободу. Тяжело дышащий Векша, подойдя, одобрительно усмехнулся и, хлопнув парня по плечу так, что тот невольно присел, громко заявил:
– Ну, парень, за тобой в бою не угонишься. Пока я размахивался, ты двоих положить успел.
– Пустое, – отмахнулся Беломир, устало опираясь на пику. – Это ты со своей оглоблей страшнее змея огненного. Одним махом двоих вышибал."
"– Зело не люблю я их, – смутившись, нехотя признался богатырь.
– После побаим, – свернул Беломир тему. – Сейчас добычу прибрать надобно.
– Беломир! – раздался громкий оклик, и, развернувшись, парень увидел машущего ему Родомила. – К Далебору ступай. Туда сейчас всех наших поранетых сносить станут. Помощь твоя потребна станет.
Ты в этом деле тоже соображаешь.
– Понял, – кивнул парень, невольно оглядываясь на кузнеца.
– Ступай, приберу я трофеи твои, – заверил его Векша, забирая у парня пику.
– Благодарствуй, – кивнул Беломир и быстрым шагом направился к дому местного главы. Как его называть правильно, он так и не понял, потому как Далебор исполнял сразу несколько обязанностей. Он был и главой станицы, и жрецом, и судьей, решения которого никто из станичников даже не пытался оспаривать.
Но первым делом, прежде чем заняться ранеными, Беломир отправился отмывать руки.
Увидев его за этим занятием, Далебор одобрительно кивнул и, указывая на крыльцо, велел:
– Я теми займусь, кто тяжко ранен, а ты просто порезанных смотри. И ежели у кого какая кость сломана, тоже ко мне посылай. Для шитья все потребное у Грознеги возьми.
– Добре, сполню, – кивнул Беломир, умываясь.
– Молодец ты, парень. Я видел, добре бился. А за трофеи покоен будь. Сам прослежу, чтобы все тобой добытое тебе и снесли.
– Благодарствую, – снова кивнул парень, старательно оттирая руки речным песком.
Закончив, он быстро прошел в дом и, получив у внучки старика иглу и шовный материал, выскочил во двор, где уже начали собираться все страждущие. Дальше закипела работа. Обнажить рану, сунуть в зубы раненому кусок кожи, смыть уксусом кровь и, убедившись, что рана не глубокая, начать шить, после чего присыпать шрам смесью сушеных трав.
