– Ты щитом себе взор закрыл, оттого мой второй удар и не приметил. Когда сверху рубят, ты его не прямо поднимай, а вскидывай, словно крышку у бочки. Тогда и удар примешь, и противника не упустишь.
– Ага, уяснил, – чуть подумав, решительно кивнул Векша, снова поднимая щит.
На этот раз кузнец продержался пять ударов, пропустив шестой, пришедшийся по ноге.
– У тебя булава из чего сделана? – чуть улыбаясь, уточнил парень, снова отступая назад.
– Так из железа, тебе ль не знать, – удивленно ответил кузнец.
– Так чего ты ее бережешь? Видишь, что щитом прикрыться не успеваешь, булавой укройся.
Она железная, пусть враг саблю тупит.
– Ага, верно, – после короткой паузы закивал Векша. – Добре, уяснил.
Дальше дело пошло веселее. Кузнец, хоть и не воин, но реакцией обладал хорошей, а про силу и говорить нечего. Единственное, чего ему не хватало, так это скорости. Но при его роде занятий ожидать стремительности не приходилось. Впрочем, Беломиру этого и не требовалось. Главным для него было научить приятеля хорошо защищаться.
А уж нанести удар он всегда сможет. А при его силе и весе булавы любой удар этого богатыря для любого противника станет фатальным. Попросту говоря, любую защиту вобьет в тело.
Так они рубились примерно с полчаса, когда Векша, запыхавшись, отступил назад и, потряхивая головой, проворчал:
– Погоди, друже. Дай роздыху маленько. Загонял ты меня, мочи нет.
– Плохо, – дыша ровно и спокойно, качнул Беломир головой. – В бою роздыха не будет. Понимаю, что в кузне ты дышишь, как самому охота, а вот в драке такого не будет.
– Ты из меня решил витязя сделать? – рассмеявшись, поинтересовался Векша. – Так не получится. Не вой я. Ратай.
– А что делать станешь, коль опять степняки налетят? – не уступил парень. – Или за чужие спины прятаться станешь? Так это не про тебя. Знаю, сам видел. Пойми, друже, то не моя блажь. А хочу я, чтобы ты завсегда от любого ворога отбиться мог, коль меня рядом не окажется. Потому и учу. Ты мне живой надобен, а не на погосте.
– Тоже верно, – тяжело вздохнув, согласился кузнец. – Добре. Учи.
И снова двор кузни огласился лязгом оружия и тяжелым дыханием кузнеца. Беломир скользил вокруг него, словно призрак, то и дело меняя направление движения и ярусы наносимых ударов. Векша, стоя на месте каменным валуном, только и успевал, что подставлять под удары щит или булаву, тяжело поворачиваясь следом за порхающим вокруг противником. Их схватку прервал пронзительный детский крик.
