Гораздо привычнее славяне чувствовали бы себя на земле, но их никто не спрашивал.
– Говорил я тебе, давай тоже учиться по веслам бегать! – Хват попытался сдуть с глаз кудрявую прядь, потом стал лихорадочно пихать ее под край подшлемника. – А ты: нечего куролесить! Зануда!
– Где тебе по веслам бегать, когда каждый день пьянки, и по двору-то пройти прямо не можешь! – огрызнулся Зимобор, не сводя глаз с приближающихся кораблей. – Стрелы готовь! Волошка! Рубаху подтяни повыше[44], что ты как девка в хороводе!"
"На носу корабля Бранеслав прокричал боевой клич и метнул копье в Рагнемунда, мощную фигуру которого было уже хорошо видно.
Тут же ответное копье свистнуло над кораблем, заставив многих пригнуться, и каким-то злым чудом ударило в кормчего, пронзив того насквозь и пригвоздив к сиденью. На западноетских кораблях радостно закричали, но тут же к небу взвились первые крики боли. Почти все лучники разом пустили стрелы, два жужжащих железных роя осыпало корабли.
Чужая стрела пробила щит Зимобора и на пол-ладони высунулась с внутренней стороны, острым жалом ткнулась в стегач на груди, но, к счастью, не пробила. Зимобор быстро обломал наконечник, чтобы не мешал, прикрылся от еще нескольких стрел, выглянул из-за щита и увидел прямо перед собой нос вражеского корабля. Щиты были густо утыканы стрелами, в плотном строе возникли прорехи, быстро закрытые подошедшими сзади. Раненые отползали назад и прятались под скамьи, прикрывались щитами.
А руки уцелевших уже вздымались с копьями, готовыми к броску.
Зимобор бросил копье и успел еще увидеть, как упал один из передних хирдманов, которому оно попало прямо в глазное отверстие шлема. А потом вражеский корабль с грохотом ударился о борт, железные крючья с хрястом впились в дерево, обе стороны разом закричали, завопили, заревели в упоении битвы, в азартном порыве и в ужасе от близости смерти, глянувшей прямо в глаза всем разом. Западные еты со своего более высокого борта рванулись на «Медведя», что-то кричал впереди, на носу, Бранеслав, побуждая своих людей идти вперед.
Дальше думать и оглядываться стало некогда.
На счастье кривичей, качка была небольшой. Но отсутствие опыта сражений в тесном пространстве, в давке, где даже мечом как следует взмахнуть было невозможно, сильно осложнило их положение. Более удобным оружием оказался боевой топор, ножи тоже пошли в ход.
