По итогу, через семь часов удалось более менее навести порядок и организовать дальнейшую службу, частично восстановить периметр. Соседи прислали помощь — на двух УРАЛах тридцать вооруженных человек усиления. С собаками, конечно же. Временно.
По итогам выяснилось, что из шестидесяти двух человек личного состава нашей погранзаставы в результате неожиданного штурма погибло четырнадцать, раненными было ещё двадцать три. Связь кое-как восстановили.
Первая телега ушла лишь ночью этого же дня — и то, хорошо.
Старший прапорщик Мышкин рвал и метал, пока настраивал все…
Начальник погранзаставы понимал — по шапке ему прилетит, хотя по факту, он то причем? Тут от него немногое зависело.
Я много думал о произошедшем — Рашида Фахдлана увезли — вопросов к нему было предостаточно. Будет разбирательство, пришлют особистов. А что же по БОВ?
Уже вечером, когда стемнело, я подошёл к Князеву. Тот был лейтенантом.
— Что, Громов, заняться нечем? — спросил тот, занимаясь чисткой своего ПКМ.
— Я по другому вопросу.
У Рашида здесь был свой человек, он нарушил связь, дал душманам карту расположения объектов… Они били прицельно, не абы куда, а в порядке очереди. Сначала вывели из строя узел связи, потом штаб, далее казармы…
— С чего ты решил?
— А как ещё объяснить тот факт, что с четырех утра, прямо перед нападением, вдруг пропала вся связь? К нам с опозданием пришла «телега», где соседи предупреждали… И имя Рашид, оно ведь не афганское. Он таджик и крот скорее всего тоже. Нужно его найти, пока не сбежал…
Князев слушал молча, насторожился.
— А почему он должен сбежать? Вряд ли ему что-то угрожает…
— Завтра утром сюда прибудут особисты. Начнется расследование.
— Хм… Действительно! Но на заставе много людей, таджиков по национальности, как ты его вычислишь?
— Их тут восемь. Я уже проверил.
— А почему ко мне подошёл? Почему не к командованию заставы?
— Один из заместителей как раз таджик. А тебя я уже более менее знаю. Был бы Киреев тут, я бы к нему подошёл.
— Так… — Князь явно был озадачен. Несмотря на то, что он офицер, видно было, что ему куда привычнее крошить врагов из пулемета, чем заниматься поисками крота-предателя. — И что предлагаешь сделать? Подойти к каждому из этих восьми и спросить — мол, это ты крот?
Я невесело усмехнулся.
— Бойцов я и сам прижму. А вот с тремя офицерами уже бессилен. Один из них майор.
Говорил я спокойно, но с напором на то, что нужно действовать и как можно скорее.
