Я придерживался той же позиции.
Тут и там можно было заметить присутствие выживших советских солдат. Один, пять, пятнадцать… Это безусловно, хороший знак!
Едва мы подошли к зданию первой казармы, как послышался далёкий вертолетный рокот, который быстро приближался. Спустя секунд сорок над заставой на очень небольшой высоте пролетели три темно -зеленых Ми-24, ну точно крокодилы с белыми брюхами.
— Афганский заход… — пробормотал кто-то из людей Киреева, глядя как вертушки на низкой высоте пронеслись над заставой.
Грациозные, изящные, увешанные различным вооружением настоящие машины войны. Ими просто невозможно не любоваться. Пройдет немного времени и скоро их заменят новые вертолеты, ещё более продвинутые и технологичные… СССР в этом плане шел уверенными темпами, а с развалом все вдруг куда-то похерилось, было продано, украдено или забыто. От многого просто отказались в пользу чего-то другого или по причине отсутствия финансирования. Эх, сколько всего ушло в пустоту… Советская наука была чуть ли не впереди планеты всей, а в девяностых… Тьфу, чего-то меня куда-то не туда понесло!
Ну, главное они прилетели.
Все же догадались птичек нам на подмогу отправить… Да только толку от них сейчас? Уже все закончилось, душманов тут не было. Раньше нужно было высылать вертушки, когда только заподозрили подозрительные перемещения моджахедов и их скопления в Ваханском коридоре. На самом начале штурма это был бы весомый аргумент… Эх, как же мне это знакомо — как всегда, слишком поздно, потому что цепочка передачи ответственности растянулась, а время принятия решений было безнадежно упущено.
При первых же звуках приближающихся советских вертолетов из дальней секции полуразрушенного штаба показалась комитетская оперативная группа, уже не в полном составе. Их должно было быть восемь, а я насчитал только четверых. И то, один, прихрамывая, опирался на плечо товарища, а у второго была рука на перевязи.
Им тоже хорошо досталось. Часть командования нашей заставы тоже уцелела, офицеры пытались организовать проверку уцелевшего состава, но пока все шло безрезультатно. Не хаос, конечно, скорее просто неразбериха.
Штабники собрались на открытом месте у полуразрушенного здания, но о чем они там говорили, мы не слышали. Да и в общем-то, не сложно догадаться. Явно ничего хорошего сказано не было — все все понимали и результат был очевиден.
