— Ты же знаешь, я пыталась.
— Знаю. Так на моей памяти еще никто в не пробиваемую стену головой не долбился.
— Я просто его любила.
— А он тебя? — нагло вскидывает брови, — Смолин тебя любил?
Я удрученно качаю головой, но ей этого мало:
— Что-что? Не слышу? Повтори погромче.
— Никогда он меня не любил.
— Вот именно поэтому нужно отпраздновать твой развод. Ты только представь себе, больше не надо жить с тем, кто тебя не любит.
— Мне плохо.
— Пройдет. Переболеешь, переключишься и все у тебя будет хорошо.
Крестница моя скоро толкаться начнет, — она кивает на мой живот, — вообще не до скуки будет.
— Я не знаю, как буду одна.
— Разве ты одна? То, что выпал один элемент из твоего хреново собранного паззла, еще не делает тебя никому ненужной. Вон, например, — едва заметно указывает вилкой мне за спину, — симпатичный молодой человек уже несколько раз заинтересованно на тебя посмотрел, и кажется не против подойти и познакомиться.
— Он просто не знает, что я беременная.
— Пфф, тоже мне проблема.
Если мужчина полюбит женщину, то примет ее и с малышом. Я тому пример.
Ее родители познакомились, когда Ленкина мама была на седьмом месяце. Поженились, и он воспитывал мою подругу как родную дочь, не делая разницы между ней и общими детьми, которые появились позже. И до сих пор, хотя ей уже за двадцать, она называет его не иначе как папулечка, а он ее своей бусинкой.
— Это если полюбит.
— А чего бы тебя не полюбить? Ты красотка.
— Смолин вот не полюбил.
— У вас со Смолин изначально все не так было.
Это только в кино, героев загоняют в брак, они такие ух-ах, поругались маленько, а потом все, жить друг без друга не могут. А на деле, вы как были чужими, так чужими и остались. И если честно, тебе очень повезло с Кириллом.
— Это еще почему?
Я искренне считала, что он мое наказание за все мои прошлые прегрешения. Моя жестокая карма.
— Потому что он тебя отпустил. Не стал включать м…чудака, сажать тебя на цепь, ломать под себя и контролировать каждый шаг, как это делают некоторые богатые сукины сыны, убежденные, что они пупки Вселенной, и что им можно все, а жена должна молча, дома на коленях, и со счастливой улыбкой на публике, — серьезно произнесла Лека, — Он отпустил тебя, наплевав на все договоренности, и дал шанс стать счастливой с кем-то другим.
А то, что не полюбил…что ж, это его право. Насильно мил не будешь. Это ты изначально придумала то, чего на самом деле нет, а для него это просто бизнес.
Я горько потупляю взгляд.
