Один раз Равиля не сдержалась и разрыдалась в присутствии Льва, тот стал утешать бывшую кондитершу, увел ее в буфет, напоил чаем, а на следующий день вдруг сказал:
– Равиля, вы умеете держать язык за зубами?
– Я татарка, – улыбнулась женщина, – нас с детства учат: слово хорошо, а молчание лучше.
– Хотите покончить с совместной жизнью с алкоголиком? – спросил Лев.
– Мечтаю забыть Константина навсегда, – призналась Ахметшина.
– Тогда слушайте, – приказал Лев.
Глава 20
Информация, которую сообщил Лев, звучала шокирующе.
Анна Королькова – сотрудница органов госбезопасности, ее сын работает в той же организации. Анна выполняла очень важное задание, была ранена и теперь восстанавливает здоровье. Физически женщина почти окрепла, но выходить из больницы ей опасно, велика вероятность следующего покушения. Лев хочет спрятать мать, он придумал замечательный план.
У него есть домик в Подмосковье, место тихое, уютное и обжитое. Лев привезет туда Равилю, которая представится всем как Анна Королькова, мать владельца избушки.
Равиля будет получать за это хорошие деньги, Лев купит ей телевизор и новую одежду. Ахметшину ждет безбедное существование, вдали от пьяниц. Скорее всего, ее никто не будет беспокоить. Но если, паче чаяния, кто-то заинтересуется госпожой «Корольковой», последняя должна сказать:
– Мне после больницы память отшибло. Здесь меня поселили родственники, чтобы свежим воздухом дышала. Документов на руках нет, оставьте свой телефон, я его сыну передам, когда он сюда приедет.
Когда любопытный уйдет, ей следовало позвонить Льву, для этой цели он дал Равиле мобильный.
Ни Соня, ни Константин не должны были знать, где живет Равиля.
– Вы с ними не общаетесь, – категорично приказал Лев, – не звоните, не приезжаете в гости. Никогда.
– Она согласилась? – поразилась я.
– Глупо, да? – склонила голову набок Ксения Петровна.
– И очень опасно! – воскликнула я. – Ахметшину могли убить! Если, конечно, рассказ про Королькову правда!
Старуха взяла со стула клетчатую шаль и завернулась в нее.
– Равиля сломала ногу зимой, на улице был гололед, я одна выйти боялась, поэтому в больницу не ездила, мы только по телефону разговаривали, подруга мне звонила, там автомат был. А потом она пропала! Я очень волновалась…
До мая от Ахметшиной не было сведений, но девятого числа, в самый светлый праздник, в квартире Ксении Петровны ожил телефон.
– Алло, это Равиля, – прошептали из трубки.
– Где ты? – закричала Ксения.
