Одно дело встречаться на небезизвестной мойке, время от времени, пробуя на прочность друг друга. Совсем другое, видеться на постоянно основе и общаться, пуст даже исключительно в рамках общей работы. И здесь почему-то были опасения, что терпения надолго не хватит…
Хмыкнув, он завёл машину и поехал в сторону дома. Когда попытка уязвить невозмутимую Мисс Холод переросла в манию и увлечённость одним человеком, Верещагин не имел ни малейшего представления. По началу, конечно, это был лёгкий флирт, ничего за собой не подразумевающий.
Просто шутки, просто ехидные замечания, колкие ответы и обмен недовольными взглядами."
"А вот когда это стало чем-то большим, парень и сам не очень хорошо понимал. Но в какой-то миг, во время очередного обмена остротами, сообразил – нравится. Ему нравится это ледяное, невозмутимое спокойствие, в котором он нет-нет, да и находил брешь. Ему нравится, как темнеют серые глаза, когда он пытался её обаять.
И Верещагин ловил себя на мысли что, чёрт возьми, ему нравилось, как раз за разом девушка тактично и вежливо рекомендует очередной не очень близкий, зато весьма занимательный маршрут.
Причём настолько вежливо, что и придраться было не к чему. Разве что…
Тут Олег весело фыркнул. Разве что к тому, что в одиночестве он путешествовать не очень любит. А вот в обществе самой Эльзы будет отнюдь не против пройтись по таким удивительным местам.
- Ледышка, - хмыкнув, парень прибавил громкости на магнитоле и выжал педаль газа, не обращая особого внимания на дорожные знаки.
И добавил, уже чуть тише, с лёгким оттенком неуверенности, взявшейся вдруг откуда ни возьмись. – Моя Ледышка, так ведь, Эльза?
Если бы здесь была Эльза, Верещагин мог услышать о себе много чего интересного, но уж точно не подтверждение своих слов. Впрочем, это его теперь не сильно волновало. Гораздо актуальнее был вопрос, как разбить эту ледяную корку и привязать к себе понравившуюся девушку чем-то гораздо более прочным, чем пресловутое слово «Вечность»…
И как при этом не заработать тех самых тяжких телесных повреждений.
Как бы невзначай!
Глава 4.
В квартиру я вошла если не в состоянии тихой злости, то где-то очень близко к нему. От души саданула дверью, но успокоиться это не очень-то помогло. Хотелось плюнуть на принципы, правила и уважение к законодательным актам собственной страны в части вандализма, неприкосновенности частного имущества и ценности человеческой жизни.
