Риген позволил себе слабую улыбку.
— Есть такое. Но я слишком опытный боец и участвовал во многих боях, чтобы считать любое умение, позволяющее выжить, ненужным.
— Я это поняла.
— Но в вашей манере меня кое-что заинтересовало. Скажите, во время боя, вы укрепляли мышцы и кости? В вашем возрасте, тем более с вашим сложением трудно нанести по-настоящему сильный удар.
Ленайра молчала, пытаясь хоть что-то прочитать на лице собеседника. Она совершенно не понимала к чему этот разговор и почему Риген интересуется именно этим вопросом.
И это непонимание ей категорически не нравилось. А в то, что старый волк-безопасник задает вопросы ради простого любопытства она не верила. Значит ему действительно это интересно, но почему? Можно не отвечать, конечно, но… ей еще с ним долго общаться, раз уж он возглавил гвардию Рода.
— Совершенно верно. Все женщины в нашем Роду имели весьма… хрупкое сложение… что вовсе не значит, что они были слабыми.
— Ни в коем разе, госпожа, так не считаю, — искренне отозвался Риген. — Просто понимаете, что меня заинтересовало.
Мне показалось, что даже если бы вы не укрепляли магией свое тело, то и тогда ваши удары не принесли бы вам вреда.
— Правда? — Ленайра все еще не понимала, к чему ведет Риген, потому осторожно проявила вежливый интерес.
— Да. Я заметил, что вы всегда стремились наносить режущие удары или скользящие. Меч всегда держали так, чтобы не парировать удар встречным, принимая его на запястье или руку, а мягко отвести его. Когда же били сами, то усиливали его своими движениями.
Стремительные перемещения, толчок от земли… вы в удар вкладывали не силу рук, а инерцию всего тела. И удары ваши не прямые, скользящие. Вроде бы даже не опасные… но я знаю какими страшными могут быть режущие раны. Только герои эпических баллад могут после них продолжать бой.
— Если я буду тыкать мечом в человека, то выверну себе руку, — едва произнеся это, Ленайра осознала, какую ошибку совершила и, судя по тому, как расплылся в улыбке Риген, именно к этому он и подводил разговор.
— Даже если укрепите тело магией?
Контроль чувств — великая вещь.
Равнодушная маска на лице и буря внутри. Ленайра лихорадочно искала ответ, но ничего не находила.
— Мой противник тоже укрепит, — наконец привела она довольно слабый аргумент.
— Госпожа, — слегка поклонился Риген. — Я, честно говоря, восхищен вами. Вы умеете не терять самообладания в любой ситуации, но у вас еще не хватает опыта избегать ловушек более искушенных людей. Пока же, прошу, просто послушайте.
