– Тогда я возьму с собой одного человека. Он вернется сюда с твоими людьми."
"– Хорошо. Пусть будет так, – спокойно кивнул Шатун, разворачивая коня.
Они вернулись на подворье, и Руслан, тут же высвистав Мишку и Аслана, принялся раздавать указания. Аслан, услышав, что перед ним один из непримиримых, тут же подобрался, словно бойцовый пес, но Ахмад, заметив это, качнул головой.
– Мы приехали не воевать. Не жди от моих людей плохого.
– Ты сказал. Я услышал, – коротко кивнул горец и отправился выкатывать из-под навеса телегу.
Для прокорма и удобства гостей Руслан велел собрать все необходимое, а чего не хватает, купить по пути. Для этого и Мишке и Аслану было выдано по пятнадцать рублей на ассигнации. Вполне достаточно, чтобы купить два десятка овец, солений, свежих лепешек к чаю и всего, что еще может потребоваться. Заодно Мишка получил отдельно ровно тысячу рублей для архитектора. Казачок должен был отвезти в имение продукты и все, что Аслан соберет для гостей, а после вернуться обратно. Овец было велено купить на торгу, за заставой.
Этого добра там хватало. Велев слугам подать в кабинет чаю и начать готовить угощение, Руслан усадил гостя в кресло и, усевшись напротив, с интересом спросил:
– Ты решил принять мое приглашение. Почему? Только не говори, что тебе так нужна шашка. Не поверю.
– Ты прав, князь. Я долго думал после того боя. Ты не убил меня, хотя мог. Мы были врагами, и тебя никто бы осудил. Почему? – вернул воин вопрос.
– Не люблю лишней крови. Ее и так слишком много проливается в этих горах, – вздохнул Шатун.
– Мы убиваем друг друга на потеху нашим врагам. Инглизы так всегда делали. У них это называется «разделяй и властвуй». Они смеются над нашей враждой и обращают нашу кровь в золото. Мы умираем, а они богатеют. Наши дети голодают, а они каждый день мучают себя выбором того, что им съесть. Так не должно быть.
– Ты говоришь так, словно знаешь это точно, – помолчав, вздохнул горец.
– Так и есть. Прежде, чем оказаться здесь, я долгое время жил за границей.
Был и во Франции, и в Германии, и Британии. Перечислять можно долго, но сейчас это не важно. Поверь, Ахмад. Я точно знаю, что говорю, – ответил Шатун, твердо глядя ему в глаза. – Не забывай, что я офицер контрразведки.
– Я плохо понимаю, что это такое, – мотнул Ахмад головой. – Я умею только хорошо говорить по-русски. Но читать и писать так и не научился.
– А по-арабски или по-турецки? – быстро уточнил Руслан.
– Нет. Я потому и не решился совершить хадж.
