«Ждать», – сказал сегодня Тух-Тух. Ждать… Какое унылое, вязкое слово, от него так и веет промозглой тоской! Пока Тима размышлял о возможных перспективах, какой-то потаенный внутренний голос проскрежетал ему прямо в ухо:
СМЕРТИ.
ЖДАТЬ СМЕРТИ.
Уже когда стояла глубокая ночь, из палатки неслышно вылез Артур. Как робот, на негнущихся ногах, он взял из рюкзака привычные предметы – веревку, фонарь и топорик. Затем, оглянувшись и убедившись, что за ним никто не следит, он отправился в знакомый лаз.
На его лице блуждала улыбка, широкая, но неестественная, будто бы неумело приклеенная.
Все идет по плану. Вчера он очень много трудился, даже натер мозоли на ладонях, что было уж совсем немыслимо: уж что-что, а руки его нежными никак не назовешь. Он рассчитывал, что сегодня, в крайнем случае завтра, он закончит работу. И тогда… тогда он точно узнает.
Все время, пока он вчера работал, в его мозгу раздавался все тот же нежный голос. Он звучал мелодично и успокаивающе, навевая воспоминания о льющемся в горах чистом прохладном ручье, о котором так мечтает изнывающий от жажды путник, прошагавший не один десяток километров.
Хмельная ночь, когда грезы конденсируются из здешнего воздуха. Во рту неожиданно возник вкус морской воды. Юноша поперхнулся, и его вырвало.
«Ш-ш-ш-ш… все будет хорошо-о-о-о-о…» – пропел над ухом любимый голос, и Артур заспешил дальше.
Рано утром Тиму разбудила Яна.
– Что? Что случилось? – спросонья закрутил головой он.
Яна убрала со лба прядь лоснящихся волос (но все еще красивых) и дрожащим голосом сказала:
– Так, кошмар приснился. Тебе ничего в последнее время не снится?
– Не помню, – подавил зевок Тима. – Что тебе снилось?"
"– Самолет. Он прилетел сюда, за нами, – ответила Яна.
– Так это же хорошо! – попытался улыбнуться Тима, но вмиг стал серьезным, увидев, что Яна на грани истерики.
«Вечно геморрой с этими бабами», – с неудовольствием подумал про себя юноша.
– Только забирал самолет не нас, а гробы, – тихо сказала Яна.
Она как бы случайно прошлась ладонью по талии и напряженно произнесла: – Я продолжаю набирать вес, Тимка. Это невероятно, но правда. Ты понимаешь?
Губы ее задрожали, и Тима поспешил обнять девушку. От нее шел кисловатый запах женского пота.
– Я все же думаю, что тебе это кажется. Твои нервы на пределе, и этим все объясняется, – сказал он.
– Почему мы не уйдем отсюда? – безнадежно спросила она.
