Когда малым пацаном из дома сбежал, в голове одни дурные мысли были. Славы хотелось, оборотнем стать, чтобы люди боялись. Да только все это глупостью оказалось. Насчет оборотничества — вранье полнейшее. Что он видел-то за эти годы? Война, смерть товарищей, лишения, холод и голод. А люди его не только бояться стали, но и ненавидеть. И даже брезговать, словно он зачумленный какой.
Он же за все эти годы ни с одной бабой по согласию не спал, силой брать приходилось. А теперь у него три жены, которые не знают, как ему угодить.
Бывали дни, когда он от одной к другой сразу шел. Ох, и хорошая жизнь настала.
Нужно ли ему еще что-то от этой жизни? А он и не знает пока. Он, безродный мальчишка из голодной семьи владыкой племени стал. Нужно ли богов гневить, желая еще большего? Он не решил еще. Князь Самослав крепко сидит. Пока крепко…
* * *Лют вел родовичей назад, на родные пепелища. Восстановление домов не должно было стать чем-то сложным. Камыш на крыши был сложен в лесу заранее, как и материал для стропил и бревен стен, что кое-где требовали замены.
Все погреба, тщательно спрятанные под толстым слоем дерна, листьев и хвои были нетронуты. Как нетронуты оказались ямы, забитые под завязку зерном. Что стоит привычным людям заменить бревна да камышовые крыши сделать? Да на два дня работы. Словно и не война прошла, а детская игра какая-то. Правда, мужиков полсотни схоронили. Князь вдовам предложил сыновей, кому годов шесть — десять исполнилось, к нему в город прислать. Он их теперь сам кормить будет, и настоящих воинов из них сделает.
Раньше после потери кормильцев вдовам с малыми детьми куда как тяжело было. Камнем висели эти дети на шее общины. А теперь князь их к себе берет. Вот ведь диво какое!
Жизнь снова возвращалась в привычную колею. На полях поднимались озимые, а чудные кучи, где прела трава и ветки, превратились в черную землю, в которой репа давала неслыханный урожай. А еще несколько семей римлян, что пришли сюда из далекой Бургундии пообещали вырастить всякую вкуснятину, и научить этой хитрости новых соседей.
Кое-кто из счастливцев уже попробовал лук и чеснок, и теперь с нетерпением ждал нового урожая. Сам владыка тем римлянам лучшие земли выделил и на десять лет от податей освободил. Он еще обещал родовичам, что лично научит их квашеную капусту готовить, когда эта самая капуста вырастет.
Новые борти, что владыка сделал и развесил там, где цветет липа и акация, дали первый мед. И ведь не пришлось пчелиные семьи губить.
