Если, конечно, не трактовать слово «бубен» вульгарно, называя так лицо, по которому руки чешутся настучать. Потому что такое лицо в зале было – среди публики я увидела Владлена Сергеевича из «Идеаль Бьюти». Он тонко и гадко улыбался, откровенно наслаждаясь происходящим.
А происходило у нас вот что: красиво играла тоску по своей загубленной красоте мадам Сушкина в восхитительно элегантном костюме от мадам Коко и изящной шляпке с вуалеткой. Щелкали и сверкали вспышками фотокамеры. Глазели и вытягивали шеи зрители. Тетки, пришедшие с Сушкиной, делали селфи на фоне гудящего зала.
А многоголосый квартет адвокатов требовал удаления с поля председательствующего, то есть… меня!
На основании того, что однажды в деле Сушкиной против «Эстет Идеаль» я уже вынесла решение в пользу клиники, меня обвинили в предвзятости и потребовали моего отвода.
И даже эту вполне штатную ситуацию адвокаты Элеоноры Константиновны превратили в яркое шоу.
Не знаю, то ли они долго репетировали, то ли в момент спелись, но эти ребята без вреда для проводимого тезиса рвали фразы на куски и раскладывали их на разные голоса.
– На основании вышеизложенного…
– Защита требует…
– Отвода судьи!
Одно довольно короткое предложение адвокаты честно поделили на троих. Четвертому слов не досталось, и он прибег к жестикуляции. Демонстративно распахнул кожаную папку, похожую на обложку меню солидного ресторана, и захлопнул ее со звуком, похожим на выстрел. Крыловский «квартет» позавидовал бы их сыгранности.
Я расценила это как сигнал немедленно бежать и крепко думать об отводе.
И нарочито неспешно удалилась, злорадно подумав, что не стану спешить с решением.
Возьму чашку чая, уединюсь в своей келье и буду думать, отводиться мне или нет.
И пусть весь мир с его цирком и клоунами подождет.
Меня всегда забавляла веская фраза, которой любят акцентировать ключевой момент криминального сюжета киносценаристы: «Суд удаляется на совещание!» Ведь если это суд присяжных, то совещание – нормальное дело. А когда судья всего один? Только я – и никого больше? Видимо, предполагается, что мне следует мастерски расщепить свою цельную личность, чтобы рассмотреть вопрос со всех сторон?"
"И вот я уединяюсь в своем кабинете, временно получившем статус совещательной комнаты, ставлю на стол перед собой дышащую паром чашку и позволяю высказаться всем своим внутренним голосам.
В результате моментального размножения простым делением образуется целая компания: Елена I, Елена II, Елена III и Елена IV.
