Сам думай. А я лучше внемлю твоему совету: поставлю точку на детективной деятельности, заткну уши и закрою глаза…
Федька пинком скинул мои ноги со стула и схватил меня за воротник рубашки. Я еще никогда не видел его таким злым и вспыльчивым. Но пусть бесится, пусть хоть всю мебель здесь переломает. Я не стану обсуждать с ним Ирэн и ее связи. Это моя личная беда. Это мой позор и моя боль. И, прежде чем я сделаю выводы, я обязательно встречусь с ней и задам ей один вопрос. Только один – маленький, прямой, безобидный вопрос.
Личного характера.
– Может, ты в чем-то подозреваешь меня? – спросил я. – Тогда спрашивай прямо, а не юли, пока я еще способен членораздельно ответить.
Федька молча отпустил мой воротник и отошел к окну.
– Я не хочу с тобой ссориться, – пробормотал я, делая вид, что засыпаю. – Ты прав: чем меньше я буду влезать в ваши ментовские дела, тем лучше. Так что оставь меня в покое… Если бы ты видел, какие завихрения в моей голове…"
"Я не договорил и уронил голову на грудь. Федька шагнул ко мне и похлопал по щекам.
Я не отреагировал. Тогда он взял меня под мышки и попытался приподнять со стула. Не ручаюсь, что он смог бы это сделать, если бы я ему не поддавался. Мы вышли в коридор, где я два раза благополучно рухнул на пол. Федька вполголоса ругался, транспортируя меня к ближайшей койке. Наконец он не без труда уложил меня. Я немедленно изобразил богатырский храп. В казарму проникал скудный свет от наружного прожектора, и я отчетливо видел, как Федька ненадолго зашел в канцелярию.
Вышел он оттуда с каким-то свертком под мышкой. Приблизившись ко мне, постоял с минуту рядом, прислушиваясь к моему сопению, затем, стараясь ступать тихо, направился к двери. Вскоре я услышал, как она хлопнула, а затем щелкнул замок.
И стало тихо.
Глава 33
НАЧАЛЬНИК ЧАСТИ
А ты разве еще ничего не понял? – спросил я себя.
Вскочил с койки, подошел к двери и попытался ножом оттянуть язычок замка. Лезвие тотчас сломалось, но язычок даже не шевельнулся. Я рассматривал дверь, как, согласно поговорке, баран рассматривает новые ворота.
Пожалуй, мне бы не стоило большого труда сорвать дверь с петель, но это наделало бы много шума.
Я зашел в канцелярию, поставил настольную лампу под стол, чтобы ее свет не был заметен снаружи, и первым делом схватился за телефон. Сейчас я позвоню Мухиной, пожелаю ей спокойной ночи и на всякий случай объясню, где я нахожусь и как сюда попал. Но телефон не работал, трубка не издавала гудков.
