* * *Младший советник юстиции, следователь прокуратуры Кирилл Степанович Гордеев посмотрел на дверь своего кабинета и крикнул:
— Войдите!
— Добрый день.
На пороге стоял невидный мужчина, руки которого были покрыты такой густой порослью, что напоминали двух огромных пауков, высунувшихся из рукавов темно-синего пиджака. Глубокие залысины, морщинистая шея, на вид никак не меньше сорока пяти лет.
Гордеев с недоумением уставился на фотографию в открытом перед ним деле. Визитер даже отдаленно не смахивал на молоденького проводника вагона Брекотина, который был вызван повесткой на это время.
— Вы кто? — недовольно спросил следователь.
— Твой новый знакомый, — грубо сказал мужчина, развернув стул таким образом, чтобы устроиться на нем по-кавалеристски, верхом.
В прокуратуре привыкли совсем к другим позам и поведению допрашиваемых. Наполняясь нехорошим предчувствием, Гордеев потянулся к телефонной трубке, но рука его застыла на полпути, как парализованная.
— Вы с ума сошли, гражданин? — собственный голос показался ему жалким и каким-то блеющим.
Гордеев завороженно смотрел в дуло направленного на него пистолета и лихорадочно обдумывал свои дальнейшие действия. Но ничего путного в голову ему почему-то не приходило.
— Проникся? — удовлетворенно спросил мужчина. — Теперь все же потрудись снять трубку, но звони не дежурному, а домой. Учти, в моем стволе встроенный глушитель. Твоя башка, которую разнесет пуля, наделает значительно больше шума, чем сам выстрел.
Гордеев с надеждой посмотрел на дверь.
— Там караулит мой человек, — успокоил его незнакомец.
— Подделать повестку — пара пустяков, а проникнуть по ней в ваше заведение — и того проще. Знаешь, почему вас, прокурорских крыс, никогда не валят прямо на рабочем месте?
— Почему? — спросил Гордеев одними губами.
— Обычно вас проще купить, чем замочить. Но сегодня особый случай. Звони домой.
После недолгого разговора с женой следователь почувствовал себя так, словно из него выкачали всю энергию. Жена, их сын и Машины родители сидели в кухне под присмотром каких-то угрюмых личностей с короткими автоматами.
Маша умоляла мужа проявить благоразумие и сделать то, что от него потребуют. Иначе… Тут голос у нее прервался, а потом в трубке и вовсе заныли гудки отбоя.
— Теперь всех четверых вывезут за город, где им останется лишь уповать на тебя, — бесстрастно сообщил незнакомец. — Ты ведь не захочешь брать грех на душу?
Гордеев помотал головой, не в силах вымолвить хотя бы слово.
— Тогда слушай свою задачу.
