Под её дудку он всё равно плясать не будет. Полина часто была против его решений, а он всё равно делал, что считал нужным.
«Лишь бы не забеременела», — подумал он.
Демьян поставил в раковину грязную тарелку, вернулся чмокнуть жену в щёку.
— Спасибо! Очень вкусно.
— Не за что, — хмыкнула Полина.
Она осталась убираться на кухне, он ушёл в спальню.
Лежал на своей половине кровати с ноутбуком на животе, когда Полина залезла к нему под одеяло. Демьян должен был её обнять, но не обнял. Он думал о том, что сказала ему Аврора…
— А знаешь, — лежала на его плече Аврора.
— Мне кажется, ты не бабник.
— Я настолько плох? — улыбнулся Демьян.
— Вот именно поэтому, — засмеялась она, глянув на его жалобно поднятые брови. Редкий случай, когда в тот день она смеялась. — Ты не бабник в прямом понимании этого слова. Бабник — это даже не охотник. Это коллекционер. Он волочится за каждой юбкой. Ему всё равно блондинка, брюнетка, пухленькая, худая — он уговорит любую. Ему важны очки. А ты слишком разборчив. Тебе важен результат.
Не количество — качество.
— Ты слишком хорошо обо мне думаешь, — усмехнулся Демьян. — Мне действительно важен результат, но в этом деле он один, без неожиданностей.
— Совсем-совсем без неожиданностей? — повернулась Аврора.
— Совсем. И деды наши так делали, и отцы, и мы, по старинке, хреном.
Она ткнулась в его плечо смеясь. Демьян обнял её покрепче.
Смешно, но она ведь была права: он, конечно, был падок на стройные ножки, упругие попки и всё соблазнительно прекрасное, что вызывало эрекцию, охотно соглашался с ярлыками: бабник так бабник, но, по сути, не был худшим женским кошмаром — самовлюблённым донжуаном, ненасытно предающимся распутству с полным безразличием к тому, что женат.
Или это он о себе слишком хорошо думал?
— Я уверен, что не хотел бы изменять, но не уверен, что смог бы, — честно сказал Демьян.
— Никогда не пробовал? — хитро прищурилась Аврора.
— Мне не приходило это в голову. Не знаю, как объяснить. Я отношусь к сексу как к сексу. Не как к отношениям, привязанности или, упаси бог, зависимости.
Я фиксирую интерес, нет — и бог с ним, да — прекрасно, встретились, хорошо провели время и пошли каждой своей дорогой. Зачем усложнять. Это, как идёшь мимо вазы с конфетами, взял, развернул, съел и идёшь себе дальше.
— Тогда тебе, наверное, будет трудно, если вазы с конфетами на каждом углу, а ты на диете.
— Думаешь? Надо попробовать, — улыбнулся Демьян…
— Что смотришь? — оценила улыбку на его губах Полина.
